Не оставляя мне шанса на подготовку, противник с яростным криком бросился вперед, размахивая своим тесаком словно прутиком. Я едва успевал уворачиваться, а ядовитый туман становился с каждым мгновением все плотнее, мешая ориентироваться в пространстве. Трибун уже не было видно, а движения противника едва угадывались за пеленой.

— Неплохо. Но не совершенно. — усмехнулся я, выпустив водяную плеть, так чтобы она прошла по кругу. Лозы тут же перебили ее в нескольких местах, мешая ориентироваться, но я лишь проверял возможность действия. — Знаешь, в чем основной минус твоей ядовитой завесы? В том что никто не сможет увидеть упал ты, или еще нет. Никто не остановит бой.

— Сдохни, собака! — услышал я разряженный возглас. Враг очень старался чтобы туман скрыл его местоположение и даже использовал эхо как оружие, но, когда его гигантский меч обрушился на меня сверху, очередная иллюзия просто распалась плотным туманом, вытеснившим его ядовитую пыльцу.

Эмир замотал головой, попробовал повысить концентрацию и отбросить туман назад, но вместо этого на песок начал литься ядовитый дождь, усиливаясь с каждым мгновением. Плетение оказалось элементарным, я мог поддерживать его бесконечно, но главное — стоило моей воде вступить в реакцию с ядом — как она переставала быть «моей», и я мог пользоваться восполняющимся объемом.

Мустафа создал новый лес из лиан, ударил ими во все стороны, но в то же мгновение капли дождя превратились в болты и обрушились на него. Предельно короткое расстояние, минимальные затраты воздушной стихии, постоянное обновление и главное — всего несколько мгновений существования снаряда. Все это позволило вместо одного сверла создавать десятки.

Живая броня эмира лопалась, слезая слой за слоем, он слепо отмахивался, не в силах выбраться из дождя, а я планомерно расковыривал его доспех, пока не понял — это бесполезно. Мы оба можем продолжать такую схватку бесконечно. Он — за счет своего развитого дара богов и оружия, явно прошедшего не одно возвышение. Я — благодаря своим умениям и виденью структуры. А значит все придется решить одним ударом.

Не прекращая обстреливать противника со всех сторон, я начал создавать новое плетение. Пришлось использовать все скопившиеся у меня знания и навыки, собрать обе стихии, но, когда враг бросился в контратаку, пытаясь определить мое положение, я уже подготовился и встретил его градом снарядов, настоящим из которых был только один.

Многослойный щит из лиан вырос на пути болтов, но главный из них даже не встретил сопротивления. Идеальный шар пробил щит, потеряв только треть массы, врезался в грудь противника и проделав дырку в почти сорока сантиметрах древесной кирасы застрял между ребер эмира.