и все, конец квеста. Когда ей в дом-то лучше идти? — К-как когда? — даже удивился брат Юр. — Как и в-всем остальным — когда дв-верь открыта. Я же г-говорю — это л-логика, а не знания. Гном тут же выкрикнул его слова, они потонули в общем хохоте, и никто не слышал, как эльфийка повторила их Голове. — Ваша взяла, — неохотно сказала та. — Идите уже! Она откатилась в сторону, и все увидели дверь, которая была скрыта за Головой. — Батя! — гном протянул брату Юру свою короткопалую лапищу. — Уважаю. Если что — только свистни, всегда на выручку приду. А звать меня Гадрат. — Юр, — пожал казначей руку гнома. — Хорошо, если что — н-непременно обращусь за п-помощью. Путешествие по замку продолжалось, этаж за этажом приключенцы шли все выше и выше. Им пришлось стрелять в мишени, соревнуясь с лесными эльфами, и перетягивать канат, противостоя команде минотавров, есть на скорость пироги, пытаясь опередить полуросликов, и поучаствовать в песенном конкурсе, причем перепеть следовало странную парочку, состоящую из волка и зайца, одетых в странные костюмы. Впрочем, брата Юра поразил сам факт того, что звери были одеты, как люди. Но особенно впечатлил брата Юра зал, по которому им пришлось передвигаться прыжками, причем перед этим забравшись в мешки. Без них, как сказала грудастая эльфийка, ничего не получится, они сгореть могут. Мол, только в мешковине пол не распознает человека и не превратит его в горстку пепла. Много чего в своей жизни повидал брат Юр, но это, пожалуй, было самым ярким впечатлением за последние лет сорок с лишним, перед этим все остальное блекло. — Пришли, — торжественно заявила эльфийка в какой-то момент, когда силы друзей были почти на исходе. — За этой дверью и скрывается злобный Кош-щей. Ну, вы готовы к последнему испытанию? Компания, окончательно сдружившаяся за дорогу, дружно загомонила. — Откуда они силы берут? — вздохнул Хассан. — Я, например, после этих мешков до сих пор отойти не могу. — М-молодые, вот и р-резвятся, — предположил брат Юр. — М-мы в их годы такие же б-были. Да это и н-неважно, главное, чтобы з-за дверью оказалось т-то, за чем мы сюда ш-шли. Это был единственный зал, который не изменился в замке Красного герцога. Все те же колонны, все те же статуи, стоящие у стен. Та самая, с черным камнем в груди — тоже здесь. И пока — целая. Значит — успели. Хотя кое-что новое добавилось. Точнее — кое-кто. В кресле Красного герцога — массивном, дубовом, добротном — сидел довольно страхолюдный субъект, более всего напоминавший скелет, обтянутый