— У меня боли в спине и животе, — объяснил он, перекладывая руки с ноги на стол, после на живот и опять на колени. — А ещё температура и тошнота.

— Хм, и давно Вы отмечаете данные жалобы? — исходя из слов пациента, а также учитывая диагноз уролога, мы могли столкнуться с серьёзными проблемами.

— Уже неделю… — коротко ответил он.

— Неделю температура? — вскинул я бровь. — Высокая?

— До 38 °С.

Я опять открыл «приём уролога». В назначениях прочитал: УЗИ, ОАК, ОАМ. Перешёл на повторный приём — ни результатов обследований, ни их интерпретации нет. Странно! У человека такие серьёзные жалобы, выставлен такой страшный диагноз, а реакции никакой.

— Ложитесь на кушетку, — я указал юноше, где она находится. — А где Ваши обследования?

— Я ничего не сдавал… — признался юноша, перебравшись на кушетку. — Времени на это нет, да и очереди там постоянно.

Я приступил к осмотру: живот спокойный, мягкий, безболезненный, перитонеальной симптоматики нет, симптом Пастернацкого отрицательный с двух сторон. Никаких причин возможной гипертермии…

— Штаны, трусы спустите, на правый бок, колени к груди, — скомандовал я. — Света, а где может быть вазелин?

— Вот, доктор, возьмите, — услужливо подскочила ко мне медсестра.

— Это ещё зачем? — изумился юноша.

— Обычный пальцевой осмотр, — объяснил ему я. — У Вас же температура, я должен выполнить полный осмотр. Чтобы ничего не упустить.

Эта информация была встречена пациентом резко негативно. Он вскочил, всплеснув руками, и запыхтел:

— Какой ещё пальцевой осмотр! Это туда? Пальцем? Да ни за что! Мне просто больничный нужен!

Странная реакция пациента меня озадачила. Аггравант? Первый же пациент на первом приёме? Это бы всё объясняло. Но необходимо было проявить профессионализм.

— Так у Вас нет температуры? — уточнил я, поднеся к его лицу банку с вазелином.

— Никакой температуры, — юноша замотал головой. — Просто выпишите больничный, и я пойду?

Перед тем как ответить на столь наглое требование, я осмотрел горло мужчины — гиперемии нет. Можно уверенно констатировать — аггравант.

— Простите, но я не могу этого сделать. Вам не требуется листок нетрудоспособности. Данных за хирургическую патологию не выявлено.

— Да что это за безобразие⁉ Зачем вы все тут вообще нужны! — юноша покраснел, его лицо исказила гримаса злобы. — Бардак!

Он снова всплеснул руками и выбежал из кабинета.

Я заполнил приём и попросил Свету проверить мою работу с компьютером. Всё оказалось правильно. Как и ожидалось, работа была непыльная. После она показала, как закрыть «талон», выписать обследования, распечатать приём.