— Землю вашу государство конфискует как незаконно украденную у колхоза. В Малые Мхи даже не думайте возвращаться. Пропуск туда вам никто не даст.

— Но как же?! А мои исследования в лаборатории? А мой дом? Это же частная собственность! Вы меня хотите лишить к ней доступа?

— Исследования продолжат настоящие учёные, а не трактористы с филькиной грамотой. Собственность, может быть, и частная, но она находится на объекте государственной важности под грифом секретно. Через охрану вам не пройти, — в голосе полковника добавилась тонна сарказма: — Можете на свой участок телепортироваться, вы же волшебник!

Последнее, что увидел Карпов, покидая кабинет, — гадостную ухмылку на лице Анатолия Дмитриевича.

На улице окреп мороз. В отличие от утра, по улице в центре города прогуливалось множество людей. Часы на смартфоне показывали три часа дня.

Карпов морально был опустошен, да и физически ощущал себя так, словно его провернули через мясорубку. Столь длительный допрос не каждый человек вынесет, а уж если при этом нужно строить из себя деревенского простофилю…

Запустив руку в карман, Дмитрий нащупал связку ключей от квартиры в Свиблово. Он решил первым делом поскорее забрать оттуда свои вещи. В душе мужчина порадовался, что не стал брать с собой подарки Арделю.

О командире он не беспокоился. Казнить его по законам страны не должны. Максимум полковника Филипова могут посадить в спецтюрьму для сотрудников правоохранительных органов. Ни одна тюрьма не удержит в своих стенах эльфийского рейнджера, которому перевалило за семь тысяч лет, даже если он находится в теле хумана.

Люди хитрые и изворотливые, словно эльфийские аристократы. Особенно это относится к политикам и карьеристам из различных крупных организаций, к которым в том числе относится КГБ. То, что Арделя смогли переиграть хуманы, конечно, удивительно, но ничего совсем уж выходящего за рамки в этом нету. Такое сам командир не исключал.

Линаэль радовался, что его хотя бы не арестовали. Вот он вряд ли сумел бы сбежать из тюрьмы так же легко, как рейнджер. Но в то же время он яростно негодовал. Всё, что нажито упорным трудом, всё имущество и научные наработки канули единорогу в задницу. В дом не попасть. Лаборатория больше недоступна. А ведь он был близок к началу исследований маны, оставался буквально шажок. Ну ладно, не шажок, а десятки маленьких шажков, но ведь он был близок к разгадке тайны и получению мощного и неиссякаемого источника маны. Всего-то и нужно было потихоньку методом научного тыка перенастраивать генератор Хиггса на выработку различных видов энергии до получения нужного спектра. Год-два, максимум три — полная ерунда по сравнению, например, с натаскиванием ученика.