Белая тысяча неслась на жидкий строй демонов. Здесь были все — от самых низших, еле разумных рабов, подростков, едва удерживающих оружие, до израненных бойцов и личной свиты Высшего, кто ещё остался живым. Они зло смотрели на приближающихся. Эльфы пройдут эти три сотни рядов воинов, как меч сквозь туман, даже не заметив. Нет такой силы удержать этих белых, светящихся от силы воинов. Небесная тысяча — тысяча эльфов, смертников, которые никогда не остаются в живых после боя. Последний раз их использовали десять тысяч лет назад, когда преисподняя рвалась вверх, теперь их опять бросили в последний бой, когда верхний мир пришёл вниз.
У Высшего Демона было то, что он берёг всю жизнь и о чём никогда никому не говорил. Этот подарок он получил из рук самой Высшей Верховной Матери, сказавшей о том, что когда-нибудь ему надо будет сделать выбор. Сейчас он выбирал между победить и победить, и другого выбора для него нет и никогда не было. Он — Высший!
Меч вырвался из ножен и направился к сердцу Верховного. Удар. Что такое удар меча для Высшего Демона, который разрубил сердце? Ничего, доля секунды на замешательство, и сердце опять цело. Но это был меч совсем другой, полученный из рук Матери-прародительницы, Верховной богини соблазнения, богини хаоса, богини мщения и богини ненависти, самой высшей и самой сильной и вожделенной Матери всех демонов. Меч впился в сердце, выпивая душу, взамен щедро делясь энергией со всеми бойцами, кто был рядом. Каждый демон, от раба до бойца личной свиты, получил на несколько мгновений силу Великого.
Первая сотня рядов бойцов была сметена погаными светящимися всадниками, даже не замедлившими свое движение. Ещё сотня рядов, и всего сотня всадников, рвущихся к монолиту портала, осталась в живых. Если хотя бы один из них притронется к артефакту, то портал вспыхнет с новой силой на несколько суток, и тогда демонам не продержаться. Меч отбирал душу, высасывая ее полностью, до последней крупинки, но отдавал силу каждому из бойцов. Это судьба высших демонов, приходить из пламени и уходить в пламя, когда их путь завершён. Душа полностью выгорела, и он не доживет до конца боя, но высшие проклятия Инферно требуют не только жертвы, но и дают награду, такую же высшую награду, как и жертва. Высший Демон видел, как последнего из сверкающих всадников захлестнула редкая волна оставшихся израненных, с изодранными в клочья крыльями, покалеченных бойцов, и артефакт погас. Через секунду погасло сознание Великого.
В абсолютной темноте загорелся огонь. Он был повсюду, он горел ярким пламенем сотен тысяч языков, приятно грел шкуру, а по телу волнами расходилось тепло. Перед демоном в абсолютном ничто была она, Высшая Верховная Мать-прародительница. Она была прекрасна. Идеальные копыта, изящно изогнутые крылья, пасть, полная великолепных клыков, и вожделенная грудь, выкормившая тысячи высших демонов, а хищно заострённый кончик хвоста вздрагивал. Демонесса провела рукой по изодранным крыльям и помятым нагрудным пластинам брони воина, посмотрела в глаза и сказала: «Я горжусь тобой, Высший!»