Впрочем, какая разница? Так это или нет, я все равно в плюсе. И почитать есть чего, и еще одну маленькую тайну отеля узнал. Поди плохо?
В результате я, лежащий на кровати с книгой в руках, произвел неслабое впечатление на Инну, которая как после обеда куда-то ушла, так с тех пор и не возвращалась.
— Ух ты! — отреагировала она на увиденное. — Про что читаем?
— Про нас, — охотно ответил я. — «Заколдованное место», Николай Васильевич Гоголь.
— Ну, скорее, тогда уж «Страшная месть», — возразила девушка. — Явно ведь нас кто-то за грехи наши сюда запихнул. Не суть. Где литературу добыл?
— На первом этаже, — не стал скрывать я. — В комнате номер четырнадцать. Но особо звонить про это не стоит. Ясно, что все рано или поздно узнают, но лучше, если не от тебя или меня.
— Ничего не поняла, но даже заморачиваться не стану. Хочешь так — пусть будет так. Другое скажи — не ты ли повлиял на то, что Алену из прачечной перевели в гладильню?
— А это хуже или лучше? — закрыв книгу, уточнил я у напарницы, отметив, что Аристарх, может, ходит и медленно, но зато действует быстро.
— Конечно лучше, — фыркнула Инна. — Она не в подвале находится, вечной сырости там нет. Да и работа не в режиме нон-стоп идет. Эти-то там, в прачечной, малахольные, если нового белья на стирку нет, так они старое по второму кругу начинают чекрыжить. Так Алена сказала.
— Данаиды какие-то прямо, — пробормотал я.
— За ней Цербер лично пожаловал, сказал, что была допущена ошибка при рассмотрении ее провинности и потому ей будет возвращен предыдущий статус. Аленка тут же заявила, что лучше тут заживо гнить, чем обратно на кухню отправляться, вот тогда Лаврентьич и предложил ей вариант с гладильней. Та подумала и согласилась. Хотя и это не главное.
— А что тогда главное?
— Он перед ней извился, — уселась девушка на мою кровать, — прикинь! Из-ви-нил-ся! Аленка сказала, что она в первый момент дара речи лишилась.
— Нормальный мужской поступок, — снова раскрыл книгу я. — Начинаю уважать Аристарха, не такая уж он и демоническая личность. Есть в нем что-то людское.
— Не юли, Артемушка. — Инна ловко вынула книгу из моих рук и положила ее на тумбочку, предварительно загнув уголок той страницы, которую я читал. — Так твоих рук дело?
— С чего ты взяла? Кстати, варварство — подобным образом с книгой обращаться.
— Все просто, — хихикнула напарница. — Про то, где Алена кантуется, знали трое — я, ты и Серега. Рыжего сразу отметаем, он, кроме как жрать и ржать, ни на что больше не способен. К тому же они не сильно ладят, так что не стал бы Серый за нее вписываться. Я тоже ничего не делала, значит — что?