— Марин! — снова гаркнул тот, и вот тут моя напарница меня удивила. Услышав имя, которое назвал Макс, она, как мне показалось, на автомате развернулась и спросила у него:
— Чего?
Глава 18
Не знаю уж, почему мою напарницу так разозлила допущенная ей оплошность, благодаря которой мне стало известно ее настоящее имя. Ну, узнал и узнал, что тут такого? Я вот ей свое вообще чуть ли не сразу после знакомства назвал. Тоже мне, великая тайна…
Тем не менее она отчего-то расстроилась, причем настолько, что даже не стала со мной обсуждать завершившееся мероприятие и сразу после того, как мы вернулись в номер, завалилась спать. В душ и то не пошла, что для нее несвойственно.
Я же ее примеру последовал не сразу, поскольку еще полчаса заносил в блокнот те факты, которые мне удалось узнать из рассказов коллег. Понадобятся они мне после, нет — не знаю, но пусть будут.
Шутки шутками, но Женьке и впрямь удалось нас сблизить настолько, что чуть ли не впервые на завтраке никто ни на кого бочку не катил, и даже Натэлла пару раз сказала входящим в столовую «доброе утро». Не прямо, конечно, чудо чудное, но раньше с ней подобного не случалось.
В целом же некоторая тревожность в воздухе витала. Сегодня в отель должны были заехать первые настоящие гости, и это, что скрывать, заставляло всех изрядно нервничать. Ну да, мы и в прошлый раз мандражировали, но теперь-то мы более-менее знали, чего ожидать, и это ни разу не бодрило.
— А знаете, что меня больше всего раздражает? — обратился к окружающим Вадим, очищая вареное яйцо от скорлупы. — Я никак не могу для себя решить, как именно сказать гостю, что он умер. Ну вы сами вдумайтесь, насколько глупо звучит фраза «вообще-то вы мертвы»? Абсурд, и только. Да и не поверит никто наверняка.
— Больше скажу: не до конца уверена, что мы вправе подобное им сообщать, — добавила Кира. — Запрета такого в договоре вроде нет, и Цербер на эту тему ничего не говорил, но внутри присутствует некое сомнение. Ты гостью такую новость выдашь, а потом раз — и на доске минус нарисуется. А то и не один!
— Лично я ничего против не имею, — сообщила изрядно помятая и бледная Зоя, ставя поднос на стол, за которым сидели Анфиса и Василий. — Ребят, сами тарелки разбирайте, ладно? У меня просто легкий отходняк после вчерашнего.
— Коли не секрет — почему ты не против? — уточнила Кира.
— Тогда вы сюда переместитесь, а мы с Володькой на этаж, — совершенно не смущаясь, объяснила официантка. — Если честно, задолбалась я тут уже работать. Не-не, не в смысле вас кормить, это-то нормально. Но жара вечная на кухне, запахи еще разные… Реально бесит. Я уж молчу про чистку и нарезку овощей, это какой-то трындец! У нас же высокая кухня, твою мать, никакой автоматизации, все делаем только руками. Вот ты, Алка, когда-нибудь несколько часов подряд лук резала кольцами? И не какими-то, а, блин, аккуратными! И если они не аккуратные, то всю твою работу волосатый итальянец с руганью выбрасывает в ведро, а ты снова начинаешь резать лук. И так раз за разом, раз за разом. А потом воняешь им так, что ни одно мыло, ни один шампунь запах не забивают.