Значит — соврала. Ладно, тогда, когда это все говорилось, мы еще были друг другу никем. Но сейчас-то все здорово изменилось, она же в первоначальную версию своего прошлого так никаких изменений и не внесла, что не очень правильно. Почему? Не хочет признаваться в том, что изначально в уши мне насвистела? Или на то есть какие-то другие причины.

Да и в рассказе ее присутствуют явно не сильно реалистичные моменты. Например то, что она того дядьку так и не отыскала. Ну да, пишущей братии в столице пруд пруди, это факт. Но чтобы с ее упорством и хваткой не найти человека своего круга, пусть даже и в большом городе? Не верю.

Но поскольку это разночтение на нашем нынешнем бытии никак не скажется, то и ладно. Будем считать, что не захотела, вот и не сказала. Может, она его нашла, а кумир ее детства взял и под юбку к дочери бывшей любовницы полез. Или, к примеру, спился, превратившись в ходячую развалину. Кому понравится такое крушение детских идеалов?

После еще выступали Алена и Кира, причем и та и другая явно пошли моим путем, выдав по любопытной истории, которые при всей их занятности явно на откровения не тянули. Георгий, к моему великому удивлению, отчего-то отказался от участия в нашей забаве, при этом густо покраснев.

Ну а после, когда в бескозырке не осталось ни одной бумажки, бармен громко объявил:

— Все, ребята! По причине позднего времени заведение закрывается! Спасибо, что пришли!

— И вам спасибо! — сползла с табурета совсем уж окосевшая Зоя. — Дай я тебя поцелую, сладенький!

— Ни к чему это! — явно перепугался Макс. — «Спасибо» достаточно!

— Как скажешь, — икнув, согласилась девушка. — Володька, веди меня в номер. И если по дороге не уронишь, то получишь кое-какую награду! Но какую — скажу только там!

— Я бы на его месте уронил, — констатировал Серега. — Ален, пошли уже. Чего-то спать охота.

— Погоди, — встала с кресла его напарница. — Женька! От всех нас лови благодарочку! Ты — молодец. На самом деле было здорово!

Наверное, впервые за все время вся наша компания что-то сделала на самом деле дружно и от души. И пусть это были всего лишь хлопки в ладоши, но лиха беда начало.

Мы с Инной уходили из бара последними, поскольку она каким-то образом умудрилась выпросить себе еще одну чашку кофе.

— Спасибо, — поблагодарила моя спутница Макса, опустошив чашку. — Прямо праздник какой-то!

— Всегда к вашим услугам, — дежурно ответил он и рявкнул: — Ну ты там скоро?

— Да иду, — отозвалась его коллега, находящаяся в каморке, расположенной за баром.

— Пока, — сказал я бармену, и мы направились к выходу.