«Самый смак». Жутковато звучит подобное выражение применительно к тому, что случилось с Полиной. Но — профессиональная деформация, тут ничего не сделаешь. Журналисты, впрочем, как и врачи с полицейскими, к ряду вещей, которые у обычного человека вызовут массу разнообразных эмоций, причем большей частью негативных, относятся куда проще. То, что для обывателя шок, то для них будни.

А история вышла и впрямь любопытная, эдакая смесь шекспировских страстей и криминальной хроники.

Где познакомились тогда еще семнадцатилетняя Полина и молодо выглядящий, но уже далеко не юный Амрияздон, история умалчивает. Может, он ей пиццу привез или, к примеру, на самокате сбил, а после долго извинялся — поди знай. Но факт есть факт — познакомились, разговорились, а после у них даже роман начался. Причем прямо классический, тайный, как в авантюрных романах девятнадцатого века, только с поправкой на новейшие технологии, которые очень облегчают жизнь в подобных ситуациях.

Но оно и понятно, прознай родители про любовные проделки доченьки, той мало не показалось бы. И дело даже не в том, кто наш, кто не наш, просто вряд ли какие родители допустят, чтобы их дочку петрушил мужик на десять лет старше ее. Такое на уровне рефлексов срабатывает. Хотя, конечно, и прочие моменты, думаю, свою роль сыграли бы.

Кстати, именно героя-любовника я в этой ситуации более всего и не понимаю. Ясно, что в чужой стране тебе одиноко и грустно, кроме работы двадцать четыре на семь никаких просветов, а тут тебе и общение, и радости плоти, которых молодому мужику всегда не хватает. Но он же не мог не понимать, что рано или поздно ему прилетит? И за то, что она соплюшка совсем, и за прочее тоже. Вроде на совсем дурака он не похож.

И тем не менее он с ней почти год хороводился. Год! Впрочем, к чести парочки, стоит сказать, что за столь длинный срок они ни разу не запалились. Нет, две подруги нашей клиентки, как после выяснилось, были в курсе происходящего, но молчали. Видно, и правда подруги, если языки на привязи держали.

Слабым звеном оказался земляк Амрияздона, которого звали не менее звучно и труднопроизносимо — Иджляль. Даже затрудняюсь предположить, какой тут вариант языковой адаптации можно применить. Может, Илья?

Так вот, этот добрый человек, у которого душа болела за друга и даже немножко родственника, с которым он в одном кишлаке рос и из одного тандыра лепешки ел, взял и честно рассказал о случившемся.

И вот тут Полине просто не повезло. Сплелось несколько разрозненных событий в одну веревочку, которая после превратилась в петлю, из которой ей выскочить не удалось. Можно назвать подобный извив жизни простым невезением, но мне больше нравится, когда к такому стечению обстоятельств применяют термин «судьба». Я и при жизни не верил в совпадения, считая их придумкой тех, кто своей жизнью рулить не желает, а теперь уж точно знаю, что их не бывает. Иначе хрен бы я тут, в «Перекрестке», оказался. Так что судьба — она у каждого своя. А совпадения… Они всегда неслучайны.