Искорка попросилась вниз, чтобы детально изучить оборудование, и мы еще где-то час провозились, исследуя и вскрывая механизмы. Считай, ювелирная работа, чтобы очистить ото льда, разобрать, но при этом не доломать. Я снова запустил стрим, только на этот раз с единственным зрителем — с Эбби.

Когда за пределами базы уже должна была быть ночь, у меня получилось наконец оттуда свалить. Оставлять Ориджа там на ночевку я бы не стал ни за какие деньги. Уж лучше обратно на рудник к многоножкам.

Выбрался из базы я через единственное окно. Искорка взломала замок на панели, а я продавил смерзшиеся ставни. Высунулся над воротами и бесшумно отработал «Иглой» по трем небольшим сколопендрам. Либо это были самые упоротые, либо их просто в дозоре оставили. Остальные, судя по энергетическим шлейфам, убрались обратно к холмам. Какое-то движение наблюдалось только возле трупов, попадавших с горы. Понятно какое — стервятники пируют, скорее всего.

К ним я и направился, но довольно сильно обошел их стороной. Выбрал кусок отвесной скалы, где на средней высоте темнело глубокое «гнездо». В два «Телепорта» и половину «Рывка» оказался там, заминировал вход и уселся у дальней стенки. Достал зарядную сеть и укутался в нее, будто в одеяло.

Капец! Сколько времени уже в Мерзлоте, а реальный холод только сейчас начал ощущать. А у меня даже теплых вещей на станции нет, кроме скафандра. Забавно это все. Живем, по сути, в морозильнике, а ни у кого, кроме Руперта, нет ни шапки, ни шарфа, ни варежек. Эх, даже шерстяного свитера с высоким воротом нет…

— Искорка, мы здесь за ночь не окочуримся? — спросил я, глядя, как медленно поползла зарядка.

Поток стабильный, но и расход повышенный. Некоторые пауэрбанки частично подсели, хотя я ими не пользовался. И показатели брони, и все модули просели тоже. Странные ощущения, конечно. Не так, как в Адском секторе при полном отсутствии энергии, но я чувствовал себя словно больным, а Ориджинала — сломанным.

Спасала только регенерация, совмещенная с процессом очистки брони. Прокатывались приятные волны тепла и щекотки по коже, словно тонкий лед, покрывающий дроида, трескается и отваливается.

Искорка так и не ответила на мой вопрос, но выкатила предложение установить новый алгоритм. Простенький скрипт, собранный буквально на коленке, который автоматически запускал процесс регенерации при определенных параметрах на шестидесяти двух и сорока трех процентах заряда.

Был расчет с объяснением, почему именно эти уровни. И он был завязан сразу и на зарядной сетке, и на самой Искорке, и на запасных пауэрбанках. Приоритет в заряде отдавался дрону, но это и логично — ей же караулить. Я внес небольшую корректировку, установил таймер, и отключился.