Что-то снова прилетело, яркими росчерками растревожив голограмму, и ведьма сорвалась навстречу нападавшим. После этого картинка начала блекнуть, и блуждающий огонек скакнул в сторону, куда до этого убежала мелкая.
— М-да, есть куда расти… — задумчиво пробормотал я, вспоминая демонстрацию навыков, а заодно разглядывая место взрыва, чернеющее под потолком. Там даже лед не появился, будто язва какая-то на известняке осталась. — Ладно, покажите мне вторую серию…
С этими словами я пошел догонять блуждающий след, в надежде узнать участь второй киберведьмы. Возможно, ее отправили что-то охранять во время атаки фоггеров.
Глава 12
Догнать блуждающий кинопроектор оказалось не так уж и легко, а еще сложнее было получить нужную картинку.
Сначала он вообще куда-то исчез, перестав отображаться даже на сканере. И вместе с его исчезновением по долине прошла непонятная энергетическая буря. На несколько минут все вокруг потемнело, подул ветер, нагнавший кучу мурашек в синхронизацию, и еще больше упала температура. А потом я словно оказался в эпицентре северного сияния. Настолько мощного, что оттенки зеленого, розового и фиолетовых цветов я спокойно наблюдал без «ведьмачьего» чутья.
Я поежился и по старой привычке потоптался на месте, обхватив себя руками. Странновато, конечно, для Ориджа, но, когда первый эффект от проморозки прошел, Энергия полилась так, как ей и положено. Практически моментально заряд дроида достиг максимума и даже попытался дозарядить пауэрбанки, хотя они и так были полными.
Минут через десять энергетическая аномалия исчезла так же неожиданно, как и появилась. Зато на границе сканера замигали маркеры монстров, словно неожиданная подзарядка на них тоже подействовала и разбудила.
Я вскарабкался на остатки крыши и присел в тени каменного обломка так, чтобы не маячить темным пятном на горизонте. Выпустил Искорку, и перевел свой визор в режим бинокля. Сразу же заметил довольно крупного монстра, показавшегося на границе скал. И сначала даже обрадовался, узнав в нем медведя. Пусть огромного, чересчур горбатого и в каких-то то ли шипах, то ли ледяных сосульках на меховой шкуре, но все-таки медведя. А не какую-то очередную склизкую червивую многоножку.
Но потом медведь, будто почувствовал, что я за ним наблюдаю, повернул морду и заревел. Громогласный рев с минимальным запозданием долетел до меня и сбил с курса несколько снежинок, до этого неспешно круживших перед визором.
С мордой у плюшевого явно были проблемы. Точнее, с зубами, а конкретно с нижней челюстью, которая заканчивалась толстым, закрученным черным бивнем. Наверное, захлопни он пасть, то спокойно смог бы почесать себе спину. Клыков в обеих челюстях было с избытком, сантиметров от тридцати до метра. Но в рамках медвежьих пропорций их можно было принять за норму. Но этот одинокий бивень сильно портил всю картину.