Я мысленно потянулся к ней, как к источнику. Зачерпнул энергии внутри себя, даже почувствовал, что в руке сформировался невидимый шарик. Пришлось сконцентрироваться, чтобы случайно не запульнуть его куда-нибудь. В этот момент заскреблись коготочки — это чибзик по-быстрому сбежал из операторской.

Я направил энергию в снежинку, и она… Включилась? Эффект был такой, будто она просто повернулась, демонстрируя мне свой бок, и одновременно распалась на сотни прозрачных элементов, растягиваясь и формируя какую-то голографическую картинку.

Эта голограмма дублировала окружение. Те же самые столбы, пол, потолок — сначала мне показалось, что бесцветный известняк получил немного красок. Но потом на картинке помимо стен проявились два тонких силуэта, в которых я смог узнать киберведьм.

— Охренеть, еще и кино показывают… — прошептал я, боясь спугнуть этот энергетический омут памяти.

Кино было немое, но зато со спецэффектами. Стены уже не выглядели голыми, повсюду стояло какое-то оборудование. В основном по форме напоминающее монолиты, но с большим количеством мигающих индикаторов. Круглые ниши в колоннах действительно оказались гнездами, только не для турелей, а для спотов, похожих на моих «крабов» (с круглыми панцирями). Один как раз выскочил из колонны и, раскрыв лапы на манер паучьих, ловко сполз по колонне и убежал.

Куда и зачем, было не видно, но стало понятно, когда с той стороны в рамки изображения влетел какой-то реактивный снаряд. Засветил мне экран, отрикошетил от силового поля вокруг киберведьм и разорвался где-то под потолком.

Киберведьмы при этом даже не пригнулись. Тупо стояли друг напротив друг друга, вероятно, переговариваясь по невидимым каналам связи. Возможно, даже спорили. Та, что была чуть повыше, резко махнула рукой — мол, «иди, и это не обсуждается».

Мелкая послушалась, развернулась и свалила из кадра. А та, что осталась, стала готовиться к бою. На ее броне, сплошь забитой имплантами, подсветилось несколько узоров. Я не очень хорошо в них разбирался, но, сравнивая с моими, у нее их было десятка три разных. Формировались как отдельные узоры, похожие на руны, так что общая картина складывалась вполне осмысленной и красивой.

Помимо силового щита, облегающего ее тело, в руках у нее активировались два узких, чуть изогнутых клинка. Следом над плечами зажглось что-то типа моего «Пояса Ориона», только не из пирамидок, а из отдельных лезвий. Я узнал свою «Иглу», только в форме полноценного ножевого лезвия сантиметров десяти в длину, с обоюдоострой заточкой. По кромке лезвия бегали электрические микроразряды. Я насчитал двенадцать штук, раскрывшихся этаким веером у нее над плечами. Под ногами у нее появился айсборд — узкий и изящный, как и сама киберведьма. И явно еще были какие-то навыки, которые я не смог распознать: что-то засветилось на коленях и локтях.