Я «Рывком» отскочил в сторону, уворачиваясь от новой порции «пирамидок», и, петляя, как заяц, побежал дальше, пытаясь понять, что стало с моими «Двойниками». Получил еще один горчичник в плечо, стесавший мне кусок брони. Я сам же себя запек, на ходу активировав огнемет.

Так себе решение, конечно, но если он сможет это повторить, то можно и потерпеть неприятные ощущения в синхронизации. Важнее был результат: те «жучки», что прилипли к Ориджу, через одного превратились в пепел.

«Близнец», похоже, ушел на перезарядку. Снова стоял, не двигаясь, возле ямы с символами, а к нему с разных сторон текли тоненькие ручейки от реплик «Пояса Ориона». Я даже отдышаться смог, заодно проверив иллюзии. Две уже вернулись в закрома системы, а третий, весь какой-то порванный, скакал за ручейком нанодроидов и пытался клинком отковырять хоть кусочек. И вроде даже делал это с переменным успехом.

«Нанодроиды по одному более уязвимы, — проснулась Искорка, комментируя ход моих мыслей. —Как у вас говорят, разделяй и властвуй! Только не обучай!»

— Отличный план! А ты успела посчитать, сколько их всего здесь?

«Думаю, что не больше пятидесяти тысяч, — ответил дрон.— А свободно оперировать он может только двумя. Это если судить по длине клинка и количеству одновременно запущенных снарядов».

— А сколько мы уже победили?

«Около трех сотен», — пискнула Искорка и вывела на экран проекцию «близнеца» с подсвеченной областью над виском.

По проекции было не очень понятно, что хочет показать мне Искорка. Пришлось подбираться ближе и для разведки, и для новой атаки. Оказалось, что триста — это очень даже приличный результат. На шлеме «близнеца» отсутствовала небольшая часть брони. Лучше бы ты, конечно, на пирамидках сэкономил…

Но нет, я не только научил его плохому!

Ему это еще и понравилось, и он это еще и улучшил, сука! В воздух между нами взлетела сразу целая россыпь из шестнадцати штук. По парочке держались с флангов, а остальные планировали градом обрушиться сверху.

Как я все это пережил, не знаю. Не факт, что смог бы повторить. Комплекс из «Силового щита», «Шаровой молнии» и пляски с бубном, то есть, с «Иглой»… И потом я сразу же перешел в атаку, размазывая утекающие ручейки «энергетическими ударами» и прожигая их из огнемета.

Близнецу это не понравилось и он, вспомнив первые уроки, рванул на меня с активированным клинком. Я бы сказал, не клинком, а рапирой, да и ноги у него как-то тоньше стали…

Сшиблись. «Близнец» защищал своих нанодроидов, а я торопился хоть кого-то вырубить до их воссоединения. Обменялись звонкими ударами клинков. Руку жгло, хотя после горчичников это казалось даже забавным. Резкие, хлесткие удары напоминали попытки проверить, горячий ли чайник.