Снова разнесся крик — уже практически у меня над головой. Силовое воздействие на Ориджинала передалось через синхронизацию, будто по ушам хлопнули. Я непроизвольно присел, целясь в молочное небо.

На экране возник датчик звука, бегунки эквалайзера задергались, будто засекли какой-то шелест. И тут же прямо надо мной на бешеной скорости пронеслась черная тень. Показалось, что она управляет туманом: перед ней он расходился, а позади нее, наоборот, стягивался.

Капец, скорость! Не уверен, что орнитоптер ее догнать сможет…

— Искорка, есть варианты, кто это? — спросил я, встряхиваясь в кресле и расслабляя руки на скаутгане — для большей резвости.

«Неизвестный вид органики, — проскрипел дрон. —Слишком быстрая и мелкая тварь. Вероятность нападения не больше двадцати процентов. Вероятность, что нас обнаружили, больше восьмидесяти процентов. Скорее всего, это гибрид-разведчик».

Словно в подтверждение ее слов, раздался новый вопль, но уже довольно далеко. Правда, его тональность изменилась. Если первые были скорее вопросительными, то сейчас это точно утверждение. Причем радостное и нетерпеливое, будто докладывать полетел.

— Перехватить сможешь?

«Только если на таран, — ответил дрон. —Иначе разницу в скорости не смогу компенсировать».

— Ладно, пусть летит. Будем на живца ловить. Просто позицию получше надо выбрать.

Почему-то у меня не было ощущения, что гибрид-разведчик действительно улетел. Может, подозрительность развилась, а может, здесь таких шпионов под каждым камнем хватало. Чужой мир, чужое измерение — все чужое.

Чем дальше мы шли, тем больше следов монстров замечали. Еще три холма были исцарапаны до состояния разваренного дошика. Потом появилась первая нора, из которого на меня зыркнули три красных глаза. Зыркнули и исчезли, оставив едва заметный энергетический шлейф и следы едкой кислоты на входе. Возможно, просто слюна потекла.

Хомяк порывался поиграть в терьера, благо, что при определенных усилиях он мог протиснуться, но я не пустил. Просканировал нору, практически сразу же натолкнулся на какой-то барьер и оставил на входе «Ледяную мину».

Дошел до следующего холма, насчитал там еще с десяток подобных нор и вернулся за миной, чтобы зря не пропадала.

Норы были повсюду. Каждый холм изъеден, словно сыр. Побольше, поменьше, по две в ряд, по две одна над другой. Некоторые отверстия были на такой высоте, что уже могли считаться гнездами, а не норами. И везде туман и отблески красного свечения. В том месте, на которое указывал «Метеозонд», оказалось сразу четыре дыры.

Когда этот холм проявился сквозь туман, я чуть было не выстрелил, приняв каменный склон за морду монстра. Уж слишком это напоминало огромные ноздри с красными круглыми глазами. Еще и курило, блин! Туманная дымка вытекала через «ноздри» плотными ручейками и расходилась в стороны.