Налетел на ствол скаутгана и, трижды дернувшись от выстрелов, отлетел обратно.

Минус еще один.

Маскировка, как и халява, закончились. Я юркнул мимо фуры в дальнюю часть гаража. Разорвать дистанцию и не подпустить фоггеров к двери, которая, как и предупреждала система, заблокировалась наглухо. И кто-то уже долбился в нее с другой стороны.

На меня шли сразу четверо. Поднялся «самурай», который, наконец-то выбрался из-под завала, а еще подтянулись «мотоциклисты». Плюс «медик». С одной стороны, он самый безопасный, но с другой — я вообще не понимал, чего от него ожидать.

Я сместился в сторону, так, чтобы нападавшие прошли под вентиляционной решеткой. Фоггеры растянулись, пытаясь окружить меня и прижать к стене. И когда крайний справа оказался в нужном месте, я дал команду «крабикам» десантироваться.

Как прошла высадка, я уже не видел, пришлось отбиваться от рванувшего вперед «Самурая». Клинок на замахе рассек воздух, распугав налетевшие снежинки, и со скрежетом ударился в мой щит. Я присел, стараясь остановить скольжение, и отмахнулся от сообщения системы о критическом уроне. Сам вижу — клинок почти на три миллиметра в щите застрял!

Сжал зубы от давящего напряжения и отдернул руку, мешая освободить катану. Фоггер раскрылся. Я тут же пробил ледорубом. Резкая троечка с добивающим.

Сначала почти без замаха, но потом разгоняясь по амплитуде — в руку, в шею, по лезвию катаны. Я намеревался выбить ее из щита, но только сломал пополам. И контрольный в визор. Пробил так сильно, что сам теперь не смог выдернуть застрявший ледоруб.

В этот момент в меня что-то влетело сбоку. Черная масса в виде «Медика», который почему-то решил, что мы здесь в американский футбол играем. Плечом он врезался мне в «ребра», раскручивая и толкая меня на землю. Захватил меня в тиски и повис, продолжая давить.

Плющило так, словно меня домкратами обложило! Даже непонятно, откуда у инженерного дроида столько силы. Я споткнулся о тело «Самурая» и начал падать, все время пытаясь бить локтем по голове и плечам «Медика».

Раза с пятого только, уже в падении, я попал в скопление темных датчиков за его «ухом» и почувствовал, что хватка слабеет. Вырвался! И тут же пришлось уворачиваться от клинка, нацеленного мне в голову. И сразу же обратно, прикрываясь телом «Медика».

Надо мной нависал еще один «Самурай» — последний, кто остался на ногах. Потому арахниды справлялись — они еще не победили, но, судя по крикам боли и досады, а также бодрому цоканью металла, дело уже шло к развязке.

Снова прозвучал свист стали над головой. Клинок разминулся с моим гребнем всего на пару сантиметров. Встать я не успевал, только вывернулся, выталкивая оглушенного «Медика» под следующий удар. А на следующем выверте-отскоке дотянулся до ноги «Самурая». Попал пяткой в колено, добавив в удар энергетически направленного действия. Выбил «коленную чашечку» на сто восемьдесят градусов и, когда фоггер покачнулся, подхватил с пола сломанную катану и рывком прыгнул вперед. Навалился и воткнул огрызок лезвия в тонкую щель визора. А потом еще и шею свернул.