В полдень прилетела Лика. Лёгкая, как мотылёк, и прекрасная, будто античная статуя. Ну, если не считать того, что кожа её была цвета кофе с молоком, а личико типично русское, скуластенькое, с прямым аккуратным носиком и такими сладкими пухлыми губками, что их сразу захотелось поцеловать.

Что Санёк и сделал после того, как отнял у неё чемодан.

Чемодан был розовый и таких размеров, что в нём без проблем могла бы спрятаться сама хозяйка.

— Это что? — спросил Санёк, пнув розовое вместилище.

— Как что? Мои вещи! И не бей его! — Лика сердито топнула ножкой, обутой в снежной белизны кроссовку. — Это же Париж! Мы в оперу пойдём? А…

Санёк прервал поток вопросов очередным поцелуем, пообещал:

— Всё будет!

И повлёк девушку в сторону стоянки такси.

— Зачем? — удивилась Лика. — Давай убером поедем. Мне говорили, тут такси очень дорогое!

— Плевать! — отмахнулся Санёк. — Денег хватит. Бонжур, — поздоровался он с похожим на моджахеда таксистом и сунул визитку с адресом отеля. — И учти: мы здесь ненадолго.

— А что потом? — Лика потёрлась щекой о его руку.

— А потом синее море, белый песок и много-много любви! Как тебе план?

— Потрясающий! — засмеялась девушка. — А нам обязательно ждать моря и песка?

— Ты же хотела в оперу? — прищурился Санёк.

— Ну-у-у…

— Не парься. Опера будет рядом.

Он не соврал. Следующие сутки они провели в гостиничном номере напротив Гранд-Опера, крохотном, как чулан, но зато с огромной кроватью, занявшей девяносто процентов пространства от входной двери до душевой. Еду и выпивку тоже заказывали в номер.

— Ты прям железный! — сообщила Лика восхищённо.

Санёк хмыкнул, но оказалось, что она вовсе не имела в виду его темперамент.

— Весь твёрдый как камень. Как ты успел так накачаться?

— Да я и раньше был не дохляк, — напомнил Санёк.

— Раньше ты был просто спортивный! — возразила Лика. — А теперь тебя хоть в кино снимай, такие мускулы!

Санёк глянул в зеркало…

А она права, однако. Ну да неудивительно. Год таких… хм… тренировок не шутка.

— Тебе нравится?

— Ага, — Лика погладила его по ноге. — Очень красиво. Даже страшно немного. — Она прижалась к Санькиному животу пушистой головёнкой. — Вдруг ты рассердишься? Убить же можешь!

«Ещё как могу», — подумал Санёк.

— Ещё вина?

— Ага, — проворковала девушка, лаская его горячей ладошкой.

— Тогда отпусти меня… ненадолго.

— Ага, — Лика разжала кулачок.

— Вот странно, — сказала она минутой позже, — ты заказываешь вино, и его просто приносят.

— Не просто, а за бабки, — поправил Санёк. — Что тут странного?

— Никто документов не спрашивает.

— А зачем?

— Ну, возраст…