Санёк опять ни фига не понял, о чём тут же и сообщил.

Эксперт похлопал его по плечу.

Увесисто так.

— Ты спрашивал, чего хочет Игра? Может быть, она хочет, чтобы мы вскрылись. Здесь мы становимся тем, что мы делаем.

— А в миру — нет?

— В миру от нас куда меньше зависит. Там, к примеру, кого нам любить, не мы решаем. Зато в нашей власти всё разрушить. Но если человеку не дано сделать мёртвое живым, то уничтожить живое ему вполне по силам.

— Я не понимаю, к чему вы ведёте.

Макушка Ильи была на уровне переносицы Санька. Они стояли так близко, что Санёк видел редкие седые волоски, затесавшиеся в тёмную шевелюру эксперта.

Санёк сделал шаг назад. Он хотел видеть лицо эксперта, а не его макушку.

— Мы, Александр, это не только то, что мы делаем, но и то, что мы выбираем. Но в ещё большей степени то, что мы не выбираем. Всё, от чего мы отказались, становится частью нас.

Санёк открыл рот, собираясь…

— Ничего не спрашивай! — остановил его эксперт. — Просто запомни то, что я сказал. Это важно. Особенно для таких, как ты, ведь — химера. Потеря, которую любой другой переживёт, сделает тебя калекой. Ты видел, что бывает, когда химера теряет цельность.

— Берсерк? — мгновенно сообразил Санёк.

— Да. Так для всех. Все мы платим. Частью себя. Но у вас, химер, это куда заметнее. Так что береги свою девушку, парень. Она — часть твоей защиты. Береги её и берегись!

— Какой защиты?

Очень хотелось бы конкретики. Понятно, что он будет осторожен. После того, как его несколько раз пытались грохнуть. Но чего именно опасаться? Как это понимать? Что следующий удар будет уже не по нему, а по Алёне?

— Дело в том, Александр, что и здесь, в Игре, мы тоже не сами выбираем, кого любить, — сказал эксперт. — Но точно так же, как и в миру, мы вправе отказаться от предложенного. Это как объявить: «Я уже взрослый мальчик. Сам знаю, чего хотеть и чего бояться, по каким клубам ходить».

— Но это же нормально, — Санёк поставил пустой бокал и взял полный.

— Нормально, да, — согласился Илья. — Похоть, трусость, жадность — это тоже нормально. Равно как и умереть из-за собственного упрямства. Ты, Александр, вправе отказаться от защиты. И ответить за последствия такого решения. Но я хочу, чтобы ты сейчас понял другое. Ты отвечаешь не только за то, что случилось. Но и за то, что не случилось.

— То, от чего мы отказались, становится частью нас, так, да? — процитировал Санёк.

Голова слегка кружилась. Сколько шампанского он выпил? Или это не шампанское, а Илья на него так воздействует?

— Именно.

Вдруг показалось, что голос эксперта приходит откуда-то издалека. И всё вокруг словно потеряло резкость.