— Смотри, фургон с торца здания стоит какой-то. И люди там, — произнёс Кот, указывая на плохо освещённый участок. — Может это проверка и нас ждут?

— Может быть. Подожди, я по рации свяжусь.

— Я только гляну, а то ничего не видно. И как они прям у единственного потухшего фонаря встали, специально наверно, чтобы нас контролировать.

Я замедлил шаг и принялся докладывать в рацию:

— «Волга шесть», это Бес.

— На приёме «Волга шесть».

— Возле… — я пригляделся к табличке на стене, — дома номер девятнадцать фургон стоит подозрительный. Возле него трое, но точно сказать не могу, темно.

— Принято, мы как раз к вам направляемся. Через пару минут будем на месте.

— Понял, «Волга шесть», — завершил разговор и вложил рацию в нагрудный карман куртки. — Кот! — огляделся и увидел удаляющийся силуэт.

Вместо того, чтобы, как требовало наставление по несению службы, остаться со мной рядом и прикрывать, Кот неторопливым шагом приближался к плохо освещённому участку. Я последовал за ним. И вправду, отметил для себя, фургон припаркован с торца дома, где имелся единственный неработающий фонарь уличного освещения, а возле копошились двое. Они что-то выгружали из фургона. Пригляделся: какие-то коробки, пара мешков и кладут прямо на асфальт, недалеко от стены дома. Подумал: «До начала комендантского часа осталось минут десять. И вот зачем затеяли переезд? Днём не могли, что ли, вещи перевезти⁈ Хорошо хоть не на дорогу сваливают вещи, но почему сразу не рядом с подъездом?».

Кот оторвался от меня шагов на тридцать и достаточно близко подошёл к фургону. Он что-то сказал, я не расслышал, а потом, как в замедленной съёмке, стал заваливаться вбок и вперёд. Я ускорил шаг…

* * *

Сегодня полковник Свиридов от профессорско-преподавательского состава являлся дежурным офицером и находился на рабочем месте, в кабинете на кафедре. Всех, кого можно, он отпустил до утра домой и в очередной раз просматривал составленный план занятий первого курса. Делать ничего не хотелось, но прямые обязанности начальника кафедры никто за него выполнять не будет, и он продолжал проверять, внося изменения в составленный преподавателями план учебных мероприятий. Время близилось к полуночи, и полковник отложил планшет.

— Пойти, что ли размяться, обойти учебный корпус, голова совсем не работает. Столько всего запланировали дать курсантам первого года обучения, что непонятно, чем им заниматься остальные три года, — пробормотал себе под нос полковник и поднялся из-за стола, но выйти из кабинета не успел. Раздался прямой телефонный звонок ответственного по училищу.