— Всем привет! Я Роман!

Ответили мне только двое. В принципе меня это не сильно расстроило, мало ли какие у ребят на это были причины. Возможно, пребывали в депрессии. Да и у меня желания ни с кем общаться не было, поздоровался я исключительно из вежливости. Хоть мне и предстояло провести какое-то время с этими ребятами, но заводить с кем-либо дружбу в перевалочном центре я не собирался.

Я огляделся в поисках свободной кровати — таких оказалось три. Одна стояла сразу у входа, и её расположение было крайне неудачным — дверь, если её открыть настежь, била по изголовью. Вторая находилась у входа в туалетную комнату, а третья у окна. Я направился к третьей. На ней лежала чья-то куртка, но судя по тому, что кровать была заправлена, на ней никто не спал.

Я подошёл к кровати, положил на неё сумку, поставил рядом чемодан и обратился ко всем присутствующим в комнате:

— Это место свободно? Кто-нибудь спит на этой кровати?

— Ты что слепой? — довольно грубо ответил мне парнишка, лежавший на соседней кровати. — Не видишь, что она занята?

— Я вижу лишь, что на ней лежит чья-то куртка, а я спросил, не спит ли на ней кто-нибудь.

— Ну вот моя куртка на ней и спит, — парнишка рассмеялся, встал с кровати и огляделся, желая рассмотреть, как на его шутку отреагировали окружающие.

Двое ребят, что сидели возле него, отреагировали очень бурно — рассмеялись во весь голос, правда, довольно натужно.

Судя по всему, этот шутник был здесь заводилой. Он вёл себя исключительно вызывающе, и не сомневался, что может себе это позволить. И на то были причины — парнишка был огромным. Он страдал от лишнего веса и был на голову выше меня, притом что я был для своего возраста довольно крупным.

Ребята, выдавившие из себя смех, видимо, были чем-то вроде его свиты. Я тоже через силу улыбнулся, показывая, что оценил шутку и миролюбиво сказал:

— А твоя куртка не может поспать на вешалке? Я был бы очень признателен ей за это, ну, и тебе тоже.

Не хотелось сразу по приезде на новое место идти на конфликт, и я рассчитывал, что удастся это всё перевести в шутку. А вот здоровяк, судя по всему, был вовсе не против конфликта.

— Моя куртка привыкла спать на кроватке возле меня, — сказал парнишка, нагло ухмыляясь. — Я ей на ночь рассказываю сказки.

Двое из свиты опять расхохотались, я ценой невероятных усилий тоже смог улыбнуться.

— И вообще, эта часть комнаты для орков! — неожиданно заявил здоровяк.

Парнишка, видимо, прибыл из Московской губернии, и, несмотря на то, что был отбраковкой, всё равно продолжал считать себя орком. Такое бывало — не все могли сразу принять такие серьёзные изменения и осознать свой новый статус.