Свет, крики конферансье, свист и крики толпы — ничто не отвлекало его. Соперник говорил ему явно что-то оскорбительное, но он не слушал. Сегодня он не на арене Колизея, а это значит, что не нужно корчить из себя безумца и кривляться на потеху толпе только ради того, чтобы пальцы зрителей не опустились вниз. Тут в случае проигрыша его не убьют. Он всего лишь потеряет все свои деньги. По сравнению с жизнью, это небольшая цена за проигрыш. Но проигрывать он не был намерен.

И вот наступил решающий момент. Судья дал отмашку к началу схватки.

Роберто встал в боевую стойку и начал присматриваться к французу. И вот латинос решился нанести удар. Его ноги начали движение. Прямой удар правым кулаком полетел в лицо Кацу. Тот подобно хищнику скользнул в сторону и увернулся от атаки. В следующий момент он нанёс свой сокрушительный удар правой рукой.

Здоровенного латиноса снесло, будто по его челюсти прилетел не кулак, а бетонный блок. Он прилёг на арену. Это вызвало у зрителей шквал эмоций, которые отразились в криках. Они пришли болеть за знаменитость, а тут никому неизвестный боец с первого удара укладывает полежать их чемпиона.

В следующий миг Жан-Поль оказался сверху и начал рисовать румяна на лице противника. Его кулаки мелькали с огромной скоростью.

Роберто пытался сбросить его, но не вышло. Жан-Поль вцепился в его бока бедрами, как блоха в задницу наездника.

Тогда латинос попытался защититься от ударов по лицу руками. Но с каждым разом у него получалось всё хуже и хуже. Он становился более вялым и начинал плыть. А француз с упорством молотобойца, за спиной которого стоит надсмотрщик с кнутом, продолжал ему разукрашивать физиономию.

— Стоп! — остановил бой судья.

Жан-Поль оставил Роберто в покое. Со спокойным лицом он отошёл назад.

Судья склонился над неподвижным латиносом. Он приподнял ему правый зрачок, после чего констатировал нокаут.

Зрители были в шоке. Их переполняли противоречивые эмоции. С одной стороны, бой оказался красочным и с крайне неожиданным эффектом. Никто не ожидал, что новичок нокаутирует чемпиона. С другой стороны, все были в шоке от скоротечности сражения. Вся битва не заняла и двадцати секунд, а они ожидали представления на несколько десятков минут. И если бы в этот день не ожидалось ещё несколько боёв, то сложно представить негодование толпы, в которой почти каждый зритель вне зависимости от пола чувствовал себя неудовлетворенной девушкой, которой хотелось сказать: «И это всё⁈».

В это время Жан-Поль, стоя на арене под взорами сотен зрителей, думал о том, что заклинание Дианель вышло слишком мощным. Столько сил у него не было даже после приёма зелья силы на момент наилучшей физической формы. А сейчас у него форма далека от идеальной. На пике он был где-то на третий-четвертый год гладиаторской карьеры. Сейчас же он по меркам бойцов вообще никакой формы не имел. Он находился в своей обычной форме до начала заварушки с постоянными перезапусками в прошлом: ни огромных банок, ни лях, перевитых жгутами мышц. Конечно, тело у него на загляденье, поскольку сказывались занятия карате и подготовка к скалолазанию. И если бы не шрам на щеке в виде звёздочки, то его можно было хоть сейчас выкладывать на обложку журнала.