— Господин Жан, я понимаю, что вы очень богатый, но зачем было резать единорогов? Пусть они уродливые и безрогие, но даже за таких дали бы как за пару хороших ослов.

— С чего ты решила, что я богатый?

— Так вещи у вас слишком добротные. То же зеркальце, наверное, стоит целое состояние. Лопата удивительно тонкой ковки. Сумки такие, что понятно, почему вы их прячете в мешках.

— И почему же?

— От грабителей, конечно. Может, хотя бы отрежем по кусочку мяса от единорогов?

— Они несъедобные.

— Ох, как жаль, — с горечью посмотрела она в сторону лошадиной могилы. — Тогда понятно, почему вы их закопали. Они прокляты, да?

— Прокляты. Седлать единорогов умеешь?

— Откуда? — развела она руками. — У нас в семье была пара ослов, но мы их всегда запрягали в телегу.

— Тогда будешь учиться.

Вскоре они вышли на тракт и поскакали верхом на единорогах. Эти белоснежные животные гораздо выносливее лошадей, поэтому могли везти и тяжёлый груз, и седоков. Естественно, Жан-Поль перераспределил груз таким образом, чтобы вместе с седоками единорогам достался примерно одинаковый вес.

Парень обратил внимание на то, что спутница уверенно держится в седле.

— Юля…

— Что?

— Ты случайно не принцесса?

— Нет! — излишне резко отозвалась она. — Я всего лишь обычная крестьянка. Ты много встречал принцесс? — попыталась она добавить иронии.

— Как минимум с одной знаком.

— Правда⁈ — уставилась она на него удивлённым взором.

— Стал бы я обманывать свою служанку… Ты точно не принцесса?

— Нет, конечно! — Юлия рассмеялась, но её смех звучал ненатурально. — А почему человек притворяется эльфом?

— Хочешь сменить тему? Тебя учили софистике?

— Ха-ха-ха! Смешно. И всё же, интересно, почему?

— Ромеи же, милочка. У них если человек, то обязательно должен быть рабом.

— А что такое ценное ты везёшь в сумках? Контрабанду?

— Можно и так сказать.

— Я так и думала! — заулыбалась Юлия. — Там ведь какие-то дорогущие артефакты?

— Угадала. Надеюсь, тебе хватит мозгов не говорить об этом всем подряд?

— Я что, на дуру похожа? — кратковременное движение бровей вверх и в исходное положение очень напоминало то, как выражала эмоции Дианель.

Жан-Поль сделал себе очередную зарубку в уме. Все его знакомые обычные эльфийки подобной привычки не имели. Но больше всего ему казалась подозрительной несостыковка. Юлия сказала, что в её семье были только ослы. На деле же она держалась в седле единорога лучше него. При этом не умела его седлать. Очень похоже на навыки благородной девицы, за которую единорогов седлали слуги. Это не звоночек, а целый колокольный набат.