Кац не полагался на свою память на сто процентов. Числа вполне могли забыться или перепутаться. А вот ключевые спортивные события он запомнил хорошо. Поэтому для подстраховки он сделал ставки почти на все деньги на финальные игры чемпионата Европы по футболу, который пройдёт с десятого июня по второе июля. В лучшем случае он свой выигрыш получит третьего июля. Когда же выплатят лотерейный выигрыш, одному богу известно, и будет ли он — вопрос по тому же адресу. Но в футболе он не сомневался, поскольку отлично помнил, что каждый раз Франция побеждала. А до тех пор останется жить на тысячу евро.

По пути домой Жан-Поль набрал полный пакет еды и купил справочник учебных заведений Гренобля для получения профессионального образования. В двухтысячном году интернет всё ещё оставлял желать лучшего и до него почти не добрались колледжи и тем более аналоги училищ для рабочих специальностей. Те, кто желал учиться, могли узнать об учебных заведениях из подобных справочников, которые выпускались каждую весну.

Дома его ожидал сюрприз, который сложно было идентифицировать: хороший он или плохой, поскольку Жан-Поль пребывал в растерянности. С одной стороны, эльфийка в одном узком полотенце на голое тело в его гостиной — это не то, что можно назвать плохим. Тем более, она красивая, стройная и спортивная. С другой стороны, такого сюрприза он никак не ожидал.

Дианель сидела с загадочным видом в кресле лицом к входу, положив обнажённую белоснежную ногу на ногу. На её лице лучилась обворожительная улыбка. Её манящие алые губы были эротично приоткрыты и манили, словно райские врата грешника. Наполовину прищуренные глаза призывно смотрели на парня, воспламеняя в нём похоть.

Физиология твердила Жан-Полю: «Возьми её! Вонзи в неё свой кожаный гладиус!».

Разум противился этому. Всего несколько дней назад он жил с Флорой — любимой супругой. И он даже не думал ей изменять. Лишь смерть разлучила их… в очередной раз.

И вроде бы он решил, что больше не станет связывать свою жизнь с Флорой, чтобы больше не разрушать ей судьбу своей ранней гибелью. Чтобы не оставлять её вдовой и не заставлять страдать. Но ведь с момента расставания для него прошло совсем немного времени. Он преодолел себя, вытерпел адскую боль, на одной силе воле продолжал жить тогда, когда уже должен был десять раз помереть. И всё ради того, чтобы уничтожить всех до одного врагов, которые могут навредить его любимой.

Но Флора осталась где-то там в другом месте и времени, а Дианель — вот она. Сидит на расстоянии пары шагов, источая бешеную сексуальность. Её грудь была едва прикрыта краешком полотенца, которое лишь чудом прикрывало соски. Нижний край полотенца доходил до низа живота и ничего не прикрывал: ни мягких округлостей, от вида которых световой меч готов пробить любую преграду, а в особенности ширинку; ни стройных ножек, которые сходились у врат в страну наслаждений.