Один из аборигенов отличался от остальных. У него на голове имелась кожаная полоска с воткнутыми под неё яркими птичьими перьями. В руке вместо привычного оружия он держал деревянный посох, к вершине которого на смолу был приклеен голубоватый камень, для надёжности обмотанный кожаными ремешками. Наибольшая опасность ощущалась от него, поэтому первая стрела была предназначена ему.

Настороженные дикари, заслышав щелчок тетивы, мгновенно прыснули в стороны. Но это не спасло самого опасного из них. Стрела поразила его в сердце. Он немного постоял, покачиваясь, после чего рухнул на землю.

В тот же миг аборигены истошно завопили. Они пытались разглядеть врага. Один из них махнул рукой в сторону, откуда был произведён выстрел. Тут же все семеро рванули в ту сторону. Они двигались подобно спецназовцам, перебегая от одного дерева к другому и пригибаясь. Когда первые из них достигли места, с которого Жан-Поль под отводом глаз сразу ушёл, позади раздалось приглушённые бульканье. Раненый в руку абориген обернулся и обнаружил, что замыкающий товарищ припал на колени и зажимает окровавленное горло, из которого хлещет кровь.

Раненый завопил, привлекая внимание товарищей. Те разом обернулись и с яростными лицами рванули назад.

Щёлкнула тетива. Вскрикнул ещё один из них, и рухнул замертво со стрелой в печени.

Адская мясорубка продолжалась до тех пор, пока все преследователи не полегли. Последние трое пытались сбежать, но на этот раз бывший гладиатор не дал им ни единого шанса на спасение.

Дианель снова проснулась в одиночестве. Она с нетерпением ожидала возвращения Жан-Поля. А чтобы не терять времени даром, начала готовить завтрак. Как раз к окончанию готовки вернулся парень.

— Опять? — посмотрела она на него.

— Опять, — развёл он руками. — Какие-то ненормальные тут аборигены. Им делаешь один раз намёк на то, что нас трогать опасно — не понимают. Второй раз — снова не понимают. Надеюсь, хотя бы в третий раз поймут.

— А я завтрак приготовила, — с гордостью продемонстрировала она котелок.

Кац заглянул в посудину, и узрел там нечто серо-бурое с вкраплением черноты. В то же мгновение ему в нос ворвался непередаваемый запах чего-то горелого и малосъедобного. Больше всего это напоминало варево для собак из объедков.

— Ты кого этим травить собралась? Если преследователей, вряд ли они добровольно станут это есть.

— Ну, знаешь ли, — обиженно надулась эльфийка, — я старалась, между прочим!

— И что это должно было быть?

— Каша.

— Каша⁈ Знаешь… — Жан-Поль попытался подобрать культурные слова. — В следующие разы лучше я буду готовить. Я хотя бы пару месяцев на повара отучился и уже кое-что умею. А тебе… Тебе бы тоже не помешало походить на курсы поваров!