— Что это? — Спросил брат равнодушным голосом.
— Ну вообще это выглядит как рука. Но ты можешь поизображать Шерлока Холмса и предположить другие варианты. А насчёт руки предлагаю вообще не заморачиваться. Я подарю ее тебе и хоть весь день играй с ней в ладушки.
— Это твой черный демонский юмор? — Михаил нахмурился, изучая кусок конечности.
— Нет. Это — разумный подход к ситуации. Разбросанные части тел в месте, где обнаружилась могила ангела — плохое предзнаменование для меня. Я уже понял, все, что происходит вокруг моей персоны или около нее, имеет некую закономерность. Плохое становится отвратительно ужасным. А еще, отсутствуют случайности. Поэтому могу дать руку на отсечение…
Я сунул Михаилу под нос найденную кисть.
— Ах, да. У нас уже есть отсеченная рука. Ну хорошо. Просто могу дать гарантию, что эта хреновина валяется здесь не случайно.
— Очень сомневаюсь. — Архангел демонстративно фыркнул. — Можно подумать, Вселенная сделала остановку, чтобы лично доставить тебе послание из Великого Запределья. Возьми себя в руки. Наверное, какой-то алкаш умер в округе, и собаки добрались до него.
— Да ну конечно. Рука в идеальном состоянии, если не считать самого факта ее существования. Плюс, она выглядит достаточно свежей. Улавливаешь? Могила старая, а рука свежая. Тебе не кажется это странным?
— Поищи ещё одну. Сможешь носить их, как ангельские крылья. А мне некогда. Я должен найти виновного и покарать его.
Не сказав больше ни слова, Михаил развернулся и двинулся обратно к дороге. Сдается мне, кое-кто сделал несколько шагов в сторону моего демонского чёрного юмора.
— Эм… А как же любовь к смертным? — Бросил я ему в спину. — Как же Отцовский гнев?
На самом деле, сомневаться в том, что убийство Гавриила — дело рук людишек, совершенно не приходилось. Только обезьянки могли додуматься хоронить ангела. Да еще, ты погляди, крест ему поставили. Все как положено. Положено, естественно, по их человеческим традициям.
Архангелы растворяются после гибели золотой пылью. Закапывать их в землю — это все равно, что пытаться удержать воду в ямке. Глупо и бесполезно. Она все равно просочится в почву.
Но именно кусок человеческой руки натолкнул меня на кое-какие мысли. Меня вдруг осенила крайне опасная догадка. Опасная в том смысле, что если такая же догадка сейчас появится у Михаила, то он кинется ее проверять. И тогда, боюсь, миру Смертных точно не поздоровится.
Глава 13 Настоящий мужчина хочет двух вещей: опасности и игры…
Мы вернулись в столицу под покровом ночи. Москва встретила нас огнями рекламных вывесок и равнодушным гулом машин. Только на этот раз во всей этой муравьиной возне смертных мне мерещилось нечто зловещее.