По совести сказать, меня волновал один крайне важный момент, который я выцепил из словесного потока бармена «Зелёного гоблина».

Фавн утверждал, будто ему показали будущее, в котором потусторонние сущности живут в мире смертных, как у себя дома.

Да, эта тема поднималась постоянно, на протяжении многих столетий. Мои ближние, дальние родственники и те, кто существовал до нашего появления, частенько впадали в рефлексию по поводу своего места среди людей. Многие искренне считали, что существа, в разы более могущественные, чем смертные, должны находится наверху общественной лестницы, а никак не прятаться по углам.

Однако отец в таких вопросах всегда был непреклонен. Соответственно, подобные темы то затихали, то разгорались с новой силой, но это никак не меняло сушествующий порядок вещей.

И вот опять началось. В принципе ничего удивительного в этом нет.

Но! Я знаю лишь одну особу, способную показывать вероятности будущего. Это — Пифия. Да-да-да. Та самая особа, которая не так давно под видом адвоката вытащила Маркова из рук сомнительного правосудия.

То есть, получается, чертова Пифия, которая должна следить за равновесием, делает все, чтоб оно нарушилось. А еще получается, что она заодно с Кукловодом. Либо… Либо сама Пифия и есть Кукловод! Тогда людишки, включая Тринадцатый отдел, просто-напросто пляшут под ее дудку.

— Твою ж мать… — Высказался я вслух, крайне впечатлившись данной мыслью.

К счастью, майор Машурина мою эмоциональную реакцию приняла за возмущение, направленное на ее манеру вождения. Это хорошо, потому что я пока не был готов говорить о своих подозрениях вслух. Если Пифия и правда является тем, кто затеял всю эту возню, то дело хреновое.

Мы въехали под плотный полог леса. Темнота мгновенно сгустилась еще больше, став почти материальной. Ветви деревьев царапали крышу машины, словно костлявые пальцы ночных чудовищ. Только свет фар пробивал узкий туннель в этом царстве мрака. Я закрыл глаза, концентрируясь. Да, Флёр — моя внутренняя ищейка, чутьё на магические аномалии — вёл нас чётко. Направление верное.

— Вот здесь. Тормози, — я указал на небольшую, заросшую бурьяном поляну, едва видневшуюся впереди. — Отсюда пойдем пешком.

Машурина послушно остановила тачку и заглушила двигатель. Наступила тишина. Густая, тяжёлая, давящая на уши. Было слышно только наше дыхание и стук крови в висках.

— Что-то не так? — Спросила вдруг блондинка, уставившись на меня внимательным взглядом.

Черт… Девчонка становится все более чувствительной. Сейчас, например, она легко «считала» мое состояние. А оно, прямо скажем, стало еще более напряжённым.