И вот спустя эту чёртову прорву дней мы наконец готовы к следующему этапу…
С улыбкой замечаю, как Тарп отвешивает отеческий подзатыльник одному из своих щенков, который каким-то образом умудряется просочиться на пристань раньше нас. Щенок виновато тявкает, проносится мимо нас и улепетывает к хутору. Бросаю взгляд на пристань – замшелое от старости сооружение из пары несущих бревен и досок-перекладин, на три метра выдающееся над краем острова. И улыбка бесследно тает.
– Не понял. А куда подевалась лодка, уважаемый мастер-наставник?
Глава 3. Погоня
Старый гхэлл с ворчанием цепляет когтем крайнее звено цепи, которой лодка обычно пристегивается к пристани, а сейчас валяется на настиле свободно, демонстративно показывает мне и с глухим звяканьем роняет обратно.
– Куда, куда… Разве не очевидно? Сколько не стращай, все равно находятся паршивцы… Да на тебе лица нет, человек! Ничего ж страшного не случилось. Могу лодку прямо сейчас вернуть, но тогда виновники твоего волнения отправятся прямиком в Белую Мглу, а я не узнаю их имен. Для взаимной выгоды окажи мне услугу. Найдёшь их для меня? Надо же знать, кого отправлять наГорбатого Великана , на левиметных рудниках всегда есть вакантные места.
Этот древний гхэлл столько всего повидал в своей жизни, что его, похоже, уже ничто по-настоящему не может взволновать. В том числе и факт воровства ценного имущества. Тем более, что лодка особая, наградная, презент от Видящего, причем не от Хорки, а от одного из тех, кто был задолго до него. За верную службу на благо форта, названия которого уже никто и не помнит, так давно тот канул в пучину. Позаимствованное без разрешения, «перышко» Тарпа Старого через несколько часов просто рассыпается в прах независимо от того, находятся на ней воры, или нет, и заново возникает у причала на своем законном месте. Из-за таких свойств лодку ещё называютнеразменной .
– Так берешься, или нет? – из-под рельефно выступающих надбровных дуг гхэлла на меня пытливо смотрят светло-серые, будто выцветшие, глаза, в которых светится недюжинный ум. И горят искорки веселья.
Человеческие эмоции Тарп Старый тоже давно научился распознавать безошибочно, а мне, увы, далековато до натренированной невозмутимости Команча, так что удивления, злости и жестокого разочарования под его пытливым и добродушно-насмешливым взглядом скрыть не удаётся.
Просьбу Тарпа Старого не стоит игнорировать. Клану здорово пришлось вложиться, чтобы добиться с ним нужной для дела репутации, и терять расположение старика нельзя, даже самую малость. Да и не только в репутации дело.