Моя усмешка гаснет, я снова хватаюсь за корни. Возможно, этот хищник не умеет гоняться за своими жертвами, поэтому и обитает на дне ущелья. Терпеливо ждёт удобного случая, когда можно кого-нибудь просто схватить. Но тогда кто прикончил всю ту прорву камнеедов на краю обрыва?

А если тварь все-таки издохнет…

То больше некому будет сдерживать камнеедов, которые всё ещё выжидают наверху.

Хрен редьки не слаще, мне в любом случае нужно срочно уносить ноги.

Странный звук заставляет отпрыгнуть в сторону. Налетаю спиной на противоположную стену расселины, резко разворачиваюсь, одновременно вскидывая дубинку для удара…

Замираю с мгновенно заледеневшим сердцем.

Словно в прострации думаю, почему я раньше не заметил этих нор, которыми склоны усеяны, как головка сыра – червоточинами. Наверное, потому что секунду назад в них не было движения, а теперь этого движения там в избытке?

Шорох слышится прямо над головой.

Снова шарахаюсь, не зная, что предпринять. Обложен со всех сторон. Накатывает паника, не вижу выхода из ситуации, лицо прошибает пот. Этих нор сотни и из каждой сейчас лезут жуткие клешни и лапы. Бежать некуда. Сражаться бессмысленно, много одной палкой не навоюешь… Но я всё ещё упрямо не желаю верить, что моё путешествие по Острову Мертвецов закончилось.

С криком ярости замахиваясь дубинкой на прыгнувшего в мою сторону камнееда… и в самый последний момент отшатываюсь, увожу удар в сторону. Потому что вдруг понимаю, что несётся он не ко мне. Камнеед пробегает мимо, громко и угрожающе щёлкая сочленениям, обдавая запахом земли и гнили. За ним спешат ещё несколько. Из нор выпрыгивают всё новые и новые, с каждой секундой их становится все больше. Вскоре ущелье кишит от панцирных членистоногих, и самые мелкие из них оказываются размером с упитанного пони.

Стою ни жив, ни мертв, тесно прижавшись спиной к стене. Не дай Алан зацепил бы первого. Обитающие в стаях твари всегда предельно социальны, стоит тронуть одну, и сразу накинутся на обидчика скопом. И тогда уцелеть невозможно.

Как же мне невероятно повезло, что камнеедов интересует толькопастух .

Похоже, этот монстр является их естественным природным врагом. Именно поэтому он тут и поселился, прямо среди колонии всей этой «мелочи». Так он может каждый день, не сходя с места, услаждаться завтраком, обедом и ужином. И теперь обитатели колонии мстят, воспользовавшись представившейся возможностью. Но даже ослабленный,пастух отнюдь не беззащитен. Шум свалки стоит просто оглушающий. Щупальца хлещут во все стороны, обдирая мох со стен ущелья до каменного основания, разрушая сам камень и разбивая панцири отчаянно атакующих камнеедов. Да, они достают пастуха, рвут его сверхпрочную кожу, наносят десятки глубоких ран, из которых хлещет водянистая мутноватая жижа, мало похожая на кровь. Но и сами гибнут десятками.