— И с помощью него меня пыталисьспровоцировать , а вовсе не подавали сигнал бедствия, — сквозь зубы выдавил из себя я. С каждой секундой уверенность в том, что я правильно понял, только крепла: недаром Мэри так торжествовала, услышав выбор оружия. Явно всё прошло по её задумке, пусть и не сразу! Ну и кто после этого должен чувствовать себя оскорблённым⁈

— Вероятно, тут ты прав, — подумав, хмыкнула начальница. — Но дуэль ты отменить не сможешь так и так. Чёрный список, ну ты слышал. В общем, с чистой совестью убивай Мэри… если сможешь, конечно. Насколько я знаю, девица весьма продуманная, в таком возрасте свою гильдию в девять рыл держит в кулаке без проблем. Но самое для тебя неприятное вот что: её танк — «Локхот-тринадцать», тот самый «затыкатель дыр»! Царцы специально его сделали для противодействия респовским тяжёлым танкам прорыва. Правда, не шестой версии, на её появление уже не успели толком отреагировать,всё кончилось слишком быстро…

— Час от часу не легче, — от слов Кэтрин неприятно заныло под ложечкой. Да, я испугался! Умирать мне совсем не хотелось. Что мне позволяло сохранять некоторое хладнокровие, так это мысль, что враг не знает про Сталь. Сомневаюсь, что против легендарного артефакта кто-нибудь рискнул бы устраивать танковую дуэль. — Этот «Локхот», он более бронирован, чем моя «Шесть-У»?

— Каталог тебе всё же стоит заучить… если выпутаешься из всего этого, — напомнила свою рекомендацию собеседница. И удивила: — «Тринашка» очень лёгкая для танка машина, брони в ней не так много. Ставка сделана на скорость самой гусеничной платформы, способной во всех смыслахобъехать прорывщика на бездорожье. Плюс скорострельность пушки малого калибра позволяет нивелировать процент неудачных попаданий, а запредельная бронебойность — с лёгкостью прошивать борта противника, я не говорю уже про корму. Ещё он маленький и низкий. У «тэтэпех» от пятого и ниже им пробивалась даже нижняя лобовая деталь. На «шестерке»… Ну, я на твоём месте не стала бы рисковать и проверять. Вот башню подставлять можешь.

— То есть, мне кранты, — я почувствовал озноб, хотя замёрзнуть летним вечером было, прямо скажем, сложно.

— Не столько из-за характеристик «Локхота», сколько потому, что твой танк недопереоборудован, — хладнокровно припечатала Кэтрин. — Ты не сможешь двигаться и стрелять одновременно, думаю, на это основной расчёт. Площадку для дуэли огораживают довольно маленькую, двести на триста метров, ровную, чтобы не укрыться… Да, расчёт. Ты молодец, почти всё сделал, о чём мы договаривались. Поднапрягись ещё немного сегодня, и я закрою тебе рабочий контракт. А то как-то нехорошо получается: тебя убьют, а работа не выполнена… И револьвер, который я тебе взаймы давала, верни.