В результате неосторожного движения о себе тут же заявила пострадавшая попа. Мир раскрасился во все оттенки черного цвета.

— Я так больше не могу.

— Госпожа, давайте смажем вас мазью, — с воодушевлением предложила Марика. — Если хотите, мы…

— Отстаньте от меня. — Катя почувствовала, что ее глаза наполняются обидными злыми слезами. — Где вообще моя одежда? Я пойду гулять.

Двигаясь неестественно прямо и осторожно, бывшая студентка, а ныне благородная леди вышла из шатра, окинула мрачным взглядом неровные ряды палаток, после чего медленно зашагала в сторону реки.

При сложившихся обстоятельствах разумнее всего было бы попросить об исцелении Рамона, но визит к волшебнику мог обернуться самыми непредсказуемыми результатами, так что заманчивую идею пришлось отбросить. Лавируя между фыркающими лошадьми и вожделенно рассматривающими ее стройную фигурку солдатами, девушка добралась до края лагеря, гордо прошла мимо гулявших там часовых, а затем спустилась к воде и остановилась у самого края потока. Осмотрелась.

Чуть ниже по течению копошились сооружавшие временную переправу люди. Еще дальше торчали несколько обгоревших деревянных свай — судя по всему, мятежный барон Скорно догадался-таки спалить уже построенный здесь мост до прихода королевской армии.

Возвышавшийся по другую сторону реки замок выглядел совершенно безжизненным и покинутым — то ли его защитники боялись лишний раз показываться на глаза принцу и его воинам, то ли попросту удрали, оставив крепость без охраны.

В душе молодой библиотекарши неожиданно проснулась симпатия к обреченному аристократу — барон, так же как и она сама, не мог ничего поделать с обрушившимися на него обстоятельствами. Сражаться или договариваться было бессмысленно, добиваться соблюдения своих прав…

— Добьешься тут, — болезненно скривилась девушка, ощущая новую волну дискомфорта в нижней и самой привлекательной части своего тела. — От этих сволочей разве что сбежать можно.

Ее взгляд остановился на полосе леса, начинавшегося метрах в пятидесяти от лагеря.

«Если дойти до деревьев, пробраться как можно дальше… да нет, бред… а если…»

Умом Катя отлично понимала, что из возникшей в ее голове затеи не может выйти ничего хорошего, но желание хотя бы на мгновение ощутить себя свободной от власти высокородного извращенца оказалось сильнее доводов рассудка. Студентка воровато глянула на лениво расхаживавших взад-вперед часовых, потом независимо одернула юбку и двинулась к намеченной цели.

Запах свободы встретил ее срезу перед опушкой. И пахла свобода весьма отталкивающе — судя по всему, немалая часть армии ходила по нужде именно в эту рощу, даже не утруждаясь маскировать результаты своей жизнедеятельности.