— А что будет, если мы того… — я выгнул бровь в сторону забора. — Не договоримся?

— Вышвырнут нас наружу, вот что! — повысила она голос. — Тихо, без шума, чтоб не потревожить отдыхающих.

— А гвардия? Сдать властям за незаконное проникновение могут?

Девушка с сомнением покачала головой.

— Не думаю. Это лишние хлопоты. А люди не любят хлопоты.

Я сам не знал, почему ною. Всегда любил рисковать, и трусом себя не считал, но в этот раз что-то взыграло. Наверное, подсознательно всё же не доверял ей. Не из личных качеств, а оттого, что она аристократка: вечное противостояние, классовый антагонизм. «Олигархи — подлые сволочи, которым плевать на тех, кто ниже по статусу». «Выжить нормальным в мире больших денег невозможно». Старые стереотипы, укоренившиеся в подсознании. Видно, на моём лице все эти опасения отражались достаточно четко.

— Хуан, не переживай. — Голос Бэль заметно потеплел. — Даже если сдадут, я тебя вытащу. Слово даю! Веришь?

Ей верил. Лично ей. Для этой девочки слово не было пустым звуком. А «штандартенфюрер»?

…Да нет, какая бы крутая ни была ее мачеха, уж Бэль-то, с ее упрямством, своего добьётся! Наверное, и правда лучше расслабиться.

— Понимаешь, меня из школы попрут в случае чего. — Я, извиняясь, развёл руками. — А школа неплохая, в другой раз в такую не возьмут.

— Ты ещё в школе учишься? — неожиданно округлила она глаза. — Я думала, ты студент! Сколько ж тебе лет?

Я нехотя ответил. Девушка разочарованно скривилась.

— А по тебе не скажешь. Мне казалось, ты старше…

Я уставился в землю, чувствуя, что краснею. Не то, чтобы сильно переживал по поводу возраста, но… Для многих её ровесниц разница в три года со знаком минус — штука ощутимая. Достаточная, чтоб посмеяться и отшить.

— И разговоры у тебя такие… Взрослые. — Она задумчиво покачала головой.

— Я тебя разочаровал?

— В общем, нет. — Бэль замялась. — Ты извини, если что. Просто не думала, что ты такой маленький. Ты на свой возраст не выглядишь, а судя по разговору, тебе вообще за тридцать.

— Настолько старый? — я усмехнулся.

— Ты на моего кузена похож. Ему чуть больше тридцати. Не внешне, а так… Манерой говорить. Он тоже любит морали читать, и ни к одному слову не придерёшься — всё в точку!

— И часто даешь ему поводы для нотаций? — поддел я.

— Да бывает… — уклончиво ответила она. Судя по хитрющим глазам, «бывает» даже более, чем часто.

— Кстати, а моему братцу младшенькому тоже восемнадцать недавно исполнилось! — осенило её. Вы ж с ним ровесники получается?

Я кивнул.

— Ну вот, ровесники, а какие разные! Ты — серьёзный, взрослый. Он — оболтус, одни девчонки на уме. Причем все сразу. И больше от жизни ничего не надо! — пожаловалась вдруг она. — Вы с ним… Небо и земля! Я бы ни в жизнь не подумала, что вы… Почему так бывает, Хуан?