— Нет. — Хуан Карлос покачал головой.

— Я не хочу с нею встречаться. У меня есть… Другая девушка, которая мне нравится и которую я буду добиваться.

— Уж не та ли сеньорита? — он усмехнулся, кивнув мне на голову.

— Возможно. Поэтому делай что хочешь, но ты кашу заварил, ты и расхлёбывай. А у меня дела, извини.

— Какие ещё дела? — воскликнул он. — Так что, получается, я напрасно…?

Но я его уже не слышал. Я шел наперехват человеку, которого ждал, только что вошедшему, но не дошедшему до толпы подружек сбоку от фонтана. Это не самый важный человек из ожидаемых, но терять момент я не собирался. В кругу подруг, а она почти всегда в кругу подруг, сделать то, что я хочу, невозможно.

— Эмма, подожди!

Швабра, а это была она, обернулась. Я быстро подошел, резко обнял её за талию, рванул к себе, и не давая опомниться, смачно поцеловал в губы. Пришлось встать на цыпочки, ну да бог с ним.

Несколько секунд ничего не происходило — она не успела сообразить, что надо дёргаться и вырываться. Ну, не ожидала от меня такого! А когда сообразила, стало поздно — со стороны это смотрелось как горячий страстный поцелуй влюбленных. Которые в ссоре, не могут выяснить отношения, но всё равно любят друг друга. И её смачное отпихивание выглядело как декорация, а не защита невинной девушки от посягательства на свою честь. Люди ещё помнили пятницу.

Она испуганно подалась назад, оглядываясь по сторонам на окружающих и ища поддержки.

— Шимановский? — в её голосе не было предела изумлению.

— А кто ж ещё, звезда моя! — потянул я, строя из себя заправского мачо. — Или не соскучилась?

— Но…

Что именно «но» — она не смогла сформулировать. Я же чувствовал, что мы становимся центром излишнего внимания, люди отрываются от своих дел и оборачиваются к нам. Для ошеломления Швабры того, что есть, достаточно, а становиться эпицентром новых сплетен в мои планы не входило. Хватит старых.

— Быстро! За мной!

Она не прекословила.

Я уверенно тащил её за руку через двор, не останавливаясь. Она то и дело спотыкалась, ошалело оглядывалась, но семенила следом. Никто не заступил нам дорогу, не возмутился, не спросил, как дела — как будто мы встречаемся незнамо сколько лет, и произошедшее — наши личные проблемы. Весь школьный двор вернулся к своим делам, моментально забыв и о Шимановском, и о Долорес. Даже её подружки. Это стало для Швабры сюрпризом, потрясением даже большим, чем мой поцелуй.

Вошли в здание. Я тащил её по коридорам, мимо аудиторий, к закутку за лестницей первого этажа, где уборщицы оставляют инвентарь. Обычно там закрыто, но я знал пароль от него — случайно нашел в школьной базе, когда искал адреса недоумков банды Толстого. Встретившиеся нам люди также игнорировали сие действо, что ещё более угнело мою спутницу.