Не по мужски поступил? Ну и что. Время благородства прошло, я не рыцарь в алмазных доспехах, пытающийся кому-то что-то доказать, а бандит, бьющий со спины, из-за угла, откуда не ждут. Может «бандит» звучит жёстко, но по сути ведь так? Потому наплевать, кто и что обо мне подумает.

Утро не задалось сразу. В холле на меня смотрели с удивлением, многие с сочувствием. Все интуитивно чувствовали, что что-то должно случиться. Не сегодня так завтра, не завтра так послезавтра. Из хороших новостей можно назвать лишь то, что Николь сделала-таки портал, провозившись полночи, и раздала «сопротивлению» адреса с паролями. Но следом подошёл первый из парней, и сказал, что технически выход вне школьного сервера осуществим, но его легко «накрыть», а за это тоже легко вылететь. Он ещё поспрашивает, что-нибудь придумает, но пока портал Николь будет работать лишь вне этих стен.

А вот Хуан Карлос обрадовал: сказал, нашел журналистку, молоденькую девочку, выпускницу журфака, работающую на двенадцатом канале. Ему вообще везёт на молоденьких девочек — куда не плюнь, везде сексапильные знакомые женского пола. Та же Николь, например. И что странно, он со всеми ними просто дружит! Той самой ненормальной дружбой, без оценивающих взглядов, намёков и намерений затащить в постель. Хотя, эта девочка постарше будет, ей должно быть в районе тридцати… Но общую картину это не меняет.

Нет, у него нормальная ориентация. Потому вдвойне не укладывается, как с таким количеством отменных красавиц можно просто дружить? Может быть, они не знают, что он не гомик, потому открываются? У девок ведь это болезнь такая — дружить с гомиками.

Ой, не знаю — не знаю. Одно скажу точно, чтобы так себя вести, надо быть Хуаном Карлосом.

После первой пары меня вежливо окликнул Толстый. Я задержался.

— А ты всё-таки трус, Шимановский. Подлый трус. Ай-яй-яй.

Я усмехнулся:

— Правда? А мне понравилось. Знаешь, Бенито, я, наверное, побуду немного подлым трусом. Так жить легче…

— А я ведь тебя предупреждал. — Кампос осуждающе покачал головой. — Чтобы не высовывался. А ты не внял голосу разума. Ты идиот, или слишком смелый?

Я безразлично пожал плечами.

— Какая разница?

Логично. На это ему не нашлось, что ответить.

— А не боишься, что мы тебя снова встретим? И в следующий раз не убежишь?

— А что это ты меня всё время чем-то пеняешь? А слабо прямо здесь? Сейчас?

Толстый натужно рассмеялся.

— Всё-таки дурак.

— Почему же? Вы бьёте вне зоны камер, используете количественный перевес, ваш козырь, и чувствуя себя в безопасности. Я тоже бью вне зоны камер, использую свой козырь — внезапность и индивидуальное превосходство, и тоже чувствую себя в безопасности. Какая между нами разница, объясни? Её нет, мы с тобой абсолютно одинаковы.