Это я и так знал.

— А насчёт неподсудности что?

— Ну, это типа мера, чтоб защитить их от посягательств — они же убийцы, их убивать учат раньше, чем у них сиськи отрастают. Это так, образно. Подойдёт к такой девочке в переулке компашка…

Я мысленно представил себе такую картину. Угу-угу, будет смертельно весело.

— …Ну, она всех и порешит. А ты знаешь законы — бойцы спецназа не могут использовать свои навыки, кроме как в крайнем случае. А девочки других просто не знают — у них все случаи крайние.

— И всё? Только поэтому?

— Не только, но это типа официальной версии. Они подсудны только своему Совету Офицеров. Совет может их наказать, только вряд ли часто делает, иначе бы девочки в приютах не исходили на говно, когда вербовщики корпуса за мясом приезжают. Неподсудность — это ж как торт в конце длинного коридора, стимул. Кто ж не захочет стать крутой и всемогущей, и чтоб за это ничего не было?

<i>«А вот тут Хуан Карлос прав, </i> - поймал я себя на мысли.- <i>Возможность творить беспредел — главный аргумент заманухи. Что может притягивать сильнее? И не об этом ли думал только что ты, Шимановский?»</i>

— А почему туда только приютских набирают, а не всех подряд?

Хуан Карлос вновь усмехнулся.

— Ты что, дружище, сироты — это же мясо! В прямом смысле слова! Не жалко — один фиг сдохнут, только чуть позже, на улице. Ты знаешь, какая у них подготовка? Древняя Спарта отдыхает! У них половина от тех, кого официально приняли, гибнет, не дожив до Полигона! И на Полигоне гибнет их достаточно.

Это ж естественный отбор. Из десятка только две-три выживают. Двое-трое из десяти, зато самые сильные и самые сообразительные.

— Жестоко.

— Вот и я о том же

Это элита, Хуанито. Элита спецназа. Круче них нет никого, но и цена этому совершенно иная, нежели в любом другом месте.

Спорно. Чтоб такое заявлять надо ЗНАТЬ. Но организация, действительно, ещё та!

— Спасибо, Дружище! Ты мне здорово помог! — поблагодарил я. — Передай привет Эмме! — И разъединился.

Мысль о Корпусе пришла вчера случайно, когда я уже засыпал. Можно сказать, между сном и явью. По ассоциативной линии «Бэль — Королевская галерея — инфанта — охрана инфанты — чёрненькая». И с первой секунды показалась не такой уж бредовой. Наверное, с творящейся со мной целую неделю абсурдностью сам абсурд превратился в норму жизни, не иначе. Как бы то ни было, не так плоха эта мысль, чтобы над нею не подумать. Итак, какие её плюсы?

Там научат драться. Научат так, как не смогут больше нигде. Как следствие, я всегда смогу постоять за себя и за своих женщин. Корпус — жёсткая поддерживающая своих членов система, меня банально не дадут в обиду, а в случае чего объявят вендетту. Жить, зная, что будешь отомщён, что твои обидчики в любом случае расстанутся с жизнью, причём весьма болезненно… Это круто! Пресловутая вседозволенность, маскирующаяся под неподсудность. Та самая замануха, о которой говорил Хуан Карлос. «Ангельский контракт». Да, демобилизующиеся военные купаются в шоколаде, им открыты все дороги. У ангелов же контракт… Немыслимо шоколадный! Никакой армейский не сравнится с ним своими льготами! Плюс, служба только до тридцати пяти. (В моём случае может быть иначе, но по-любому это не вся жизнь)Вассальная клятва самой королеве. Не так — ЛИЧНО королеве. В нашем обществе это много. Нереально много!