— Пойдём, поболтаем, может? — сказал он негромко и пошёл в сторону столовой, не проверяя, иду ли я за ним.
Столовая была правее от дежурки, по узкому коридору, самая правая комната в правом крыле Управления. А, придя туда, Гусев занял дальний стол, поставил на него кружку, жестом пригласил меня сесть на второй.
— Садись, Кузнецов.
Я сел. Он молча смотрел на меня несколько секунд, потом потёр переносицу.
— Я не спрашиваю, кто ты такой на самом деле, — продолжил Гусев. — И зачем тебе эта… игра в сержанта. У каждого свои тараканы. В целом я вижу, ты человек правильный.
Он сделал глоток чая, поморщился — чай, видимо, оказался приторным.
— Зачем Вы меня со смены выдернули, Николай Николаевич? Уж явно не ради футбола? — спросил я, вся эта беготня если честно нервировала, но сейчас я наконец-то получу ответы.
Глава 8 Фер-плэй
— Я просто не понимаю тебя. Почему ты не хочешь расти в офицеры? У тебя же и связи, и боевой опыт. Ты бы многое мог сержантам передать, чтобы они нормально работали в патрулях. Я слышал, что тебя Прут звал в Управление, почему ты не пошёл?
— Зачем? Чтобы как вы — получить звёзды и жить на работе? И ради чего? Ради 50 000 ₽? Мне экстрима в ОЗЛ хватает, а в патруле я полезнее, когда бомжей разнимаю. Кроме того, к вам сюда попадёшь — начнут грузить показателями, галочками, усилениями. Вы вот, Николай Николаевич, не просто же так такой злой с ними? А потому что менты за 50 тысяч работать не хотят, а хотят поспать на смене и побыстрее смениться. Прут меня в банковский взвод звал, в ваш взвод охраны и транспортировки грузов. Но знаете что? Я слышал, что у вас в этом взводе зарплаты ниже, чем на «земле». А потом вы удивляетесь, что у вас народа нет — не только во взводе по сопровождению грузов, а вообще по всей ментовке. Поэтому сюда и идут те, кого всё устраивает: и з/п 50, и орущие дежурные, и смены сутки через трое, или двое. А сделайте хотя бы 200 000 ментам-сержантам и 250 офицерам — я вас уверяю, песня другая звучать будет. Или помните время, когда со службы в МВД не забирали в армию? И вот молодой парень лет 20-ти приходил сюда и тарабанил до 27 лет за деньги, чтобы 2 года бесплатно сапоги не топтать. А когда ты уже 7–8 лет отработал, преступников отловил, уходить-то уже не каждый захочет.
— Ты так говоришь, как будто я это всё учреждаю, что я могу всем зарплаты назначить по 200 тысяч и «косарей» от армии пригреть. Вот только косари сейчас не шибко-то сюда идут. Это раньше 2 года было, а теперь год, у них там в армии сейчас детсад, офицеры со срочников пылинки сдувают. И зумеры в армейку с радостью идут. Поэтому и нет никого толкового: одни ленивые бездельники, другие слишком хороши, чтобы погоны таскать. А сам-то ты всё деньгами меришь, а сам в патруле служишь за те же 50 тысяч, при том что у тебя машина и дом свой и, судя по еде, которую ты мне носил, жена умница.