Дуновение ветра в мягком вечернем воздухе развернуло флаги на первом корабле.

…Чтоздесь делает половина флота герцога Орбаса?

И конечно, Пен узнал знамя командующего. В конце концов, Никис сама, с любовью, вышила его для своего дорогого брата.

Генерал Аделис Арисайдья, бич Русилли, страх и гордость своих отрядов. Насколько понял Пен, страх являлся причиной гордости, потому что таков был солдатский образ мышления.

Он сидел с открытым ртом и ошеломленно смотрел, как орбасский флот входит в Гавань Ланти.

* * *

Секунду спустя Пен справился с оцепенением и скатился с мачты так быстро, что Дез взвизгнула. Он промчался по палубе, перепрыгивая стонущие и сквернословящие тела, которые продолжали лежать, и высунул голову за борт.

– Ленчия! Сьюка! Заберите меня, быстро!

Встревоженные девочки подгребли к кораблю, а Пен повис на сетке и прыгнул в лодку, едва ее не опрокинув.

– Теперь на весла сяду я.

– Они за тобой гонятся? – спросила Сьюка, кинув яростный взгляд на галеру Фалуна.

– Нет, но мне нужно перехватить моего шурина.

– Что? – спросила Ленчия, уступая место Пену. – У тебя есть шурин?

– Да, и он здесь. Каким-то образом.

Пен навалился на весла, и лодка прыгнула вперед. Мимоходом он успел посадить несколько пятен гнили размером с кулак под ватерлинией галеры Фалуна, что не принесло ему особого облегчения.

Когда они обогнули корабль работорговца, Пен оглянулся через плечо, пытаясь выбрать курс, чтобы перехватить флагманский корабль. Несправедливо, что у Аделиса было намного больше весел, чем у него, но и корабль генерала – или ради этого предприятия его сделали адмиралом? – весил не одну тонну. Много тонн. У него была большая инерция и бронзовый нос, который мог пробивать вражеские корпуса еще быстрее, чем Пен.

А если эти корабли кишели ветеранами, закаленными Русиллийской кампанией, значит, Аделис возглавлял отряд головорезов, которые могли стереть пиратов в порошок – и, возможно, так и собирались поступить.

Когда два судна сблизились, Пен встал на колени на скамью, закричал и отчаянно замахал руками. Впередсмотрящие заметили его и доложили вниз; мгновение спустя широкая, крепкая знакомая фигура в армейской кирасе из пластин из вареной кожи и откинутом за спину красном плаще подошла к поручню, увидела Пена и выкрикнула приказы через плечо. Еще через секунду все весла поднялись и замерли. Забегали люди, и сетка опустилась с носа перед гребными скамьями.

Пен начал грести быстрее, корабль замедлился, и чародею удалось подвести лодку к нужному месту.

– Хватайтесь! – крикнул он девочкам, которые потянулись к сетке.