— А ты меня не затыкай! На двадцатом съезде все прямо сказали.

«Ох, ты, хреново не знать истории!»

— Раз пошла такая пьянка, наливай! И вот что я тебе скажу, сынок! — никогда я еще не видел деда таким разгоряченным. Работал он сейчас на конюшне, заведующим, но, судя по грамотам, висящим на стенах, в былые годы командовал чем-то покрупнее.

— Охолонись, старик!

— Не мешай, бабка! В мужские дела не лезь, сиди в своем куте! А вы, молодые, забыли, с каким трудом мы энту советскую власть создавали. И сколько вокруг было врагов. Настоящих, а не придуманных. Что нам твое Цэрэу? Кулаки открыто колхозные амбары поджигали, а бывшие беляки пролезли в заготконтору и пустили там корни. Жизни не давали.

— Так их за это и арестовали в трижцатые! — не унимался отец.

— А их родственники да подельники кляузы анонимные строчить бросились. У них же кругом связи. Повязаны своими черными делами. Мы того сразу не поняли. В органах же как было — есть сигнал, реагируй. А нехай дальше разбираются.

— Это так твоего брата забрали?

Дед махнул рукой, а я безмерно удивился. Вот как нахраписто колесо истории по судьбе нашей семьи прошло.

— Я ездил потом в область, писал в НКВД. Но не спас. И семью его выслали. Обратно они не вернулись.

Внезапно голос заново подала бабка:

— Я тебе говорила, что добром не кончится. Как у самого голова целой осталась? О семье ты не думал!

Дед молча опрокинул стопку коньяка и вздохнул:

— Душа до сих пор болит. Младшенького не спас. Старший брат на флоте погиб. На подводной лодке. Марфушу после учебы послали на запад, на освобожденные территории. Так в сорок первом и сгинула в беженцах. Сказывают, что люто их немец тогды бомбил. Так и лежат до сих пор косточки непохороненные сестрички родной.

Я похолодел. Почему дед об этом никогда не рассказывал. В трагедии моей семьи просматривалась жуткая история России двадцатого века.

— Деда. А как это?

Отец искоса глянул на меня. Не так он планировал закончить вечер.

— Батя, а надо ему об этом знать?

— Вот вы дураки стоеросовые! Оберегаете их, а потом, что делать будете, когда им придется бороться за лучшую долю. Что же вы их мякишем кормите, а не мясом?

— Обстановка нынче другая. И живем хорошо, и мир вокруг нас прочней.

— Вот-вот. Расслабились! Давай остатнюю и пойду почивать. Умаялся.

Так вот в чем проблема поколения деда. Рожденные в эпоху стабильности и получившие все блага от рождения, они попросту не умели защищаться и бороться. Вина это их или беда даже не знаю. Мое поколение зуммеров не лучше. Чуть что в стране пошло не так, и все тут же начинали ныть. Ю-Тубик замедлялся, какой ужас! Мы, получается, лишнее звено эволюции?