— Ну… норм, — оценил мою работу подошедший Виктор, затягиваясь сигаретой. — Перекуришь?

— Ага, — кивнул я. — И газировки холодной похлебаю. Упарился весь.

— Лучше чаю, — заметил он. — И лучше горячего. Сядь там, у костерка, цеди чаек мелкими глотками неспешно, сигаретку смоли. А потом дам тебе рулон изоспана со степлером, и вперед — дом дальше и выше по кругу защелкивать.

— А это трудно?

— Да нет, — усмехнулся он. — Легче, чем фанеру винтить. Да и я тебе помогу — с крышей почти все, парни сами там доделают. Ты рулон потянешь — я степлером щелкать буду. Обернем твою хибару изоспаном, потом вырежем, где надо отверстия, а остальное зашьем фанерой. Ты отдыхай давай — минут через десять уже начнем.

Велька перезвонил через несколько минут — я как раз сделал первую затяжку, задумчиво глядя на кружку с горячим чаем. В такую жару — и горячий чай? Звонок я сбросил. Вот вообще не хотелось портить себе настроение — денек и так выдался очень непростой. И где-то через четверть часа я уже шагал спиной вперед вдоль периметра своей постройки, разматывая вертикально поставленный рулон белого изоспана и попутно внимая информации о том, для чего вообще служит эта пароизоляционная пленка, почему важно не перепутать, какой стороной она должна быть внутрь, а какой снаружи, и чем она отличается от весьма на нее похожей ветрозащитной мембраны. И такая есть? Я прямо в иной мир окунулся с головой…

Первый круг оказался легче легкого — я шагал по земле. Дальше стало сложней — Виктор таскал за собой стремянку, а я вошел внутрь пристройки и там с грохотом двигал по дощатому полу самодельный табурет, чтобы мы смогли прощелкать второй уровень изоспана. С идущими на торцах крыши участками справились еще быстрее. Внутри пристройки впервые поселился легкий такой сумрак, что и неудивительно: крыша наконец закрыта металлом, а стены — полупрозрачным материалом. Вооружившись макетным ножом, я самолично прорезал вход, двигаясь по контуру дверного проема.

— Помочь тебе дом фанерой дальше зашивать, или ты сам, а я дверь тебе сколочу? — спросил опять закуривший Виктор, и я моментально выбрал второй вариант.

Дверь! И покрепче! Услышавший меня парень кивнул, языком ловко перебросил окурок в уголок рта и, щурясь от дыма, принялся разбирать подходящие бруски. А у меня снова зазвенел телефон. И снова это был Велька. И снова я сбросил его звонок, уже досадуя на такое странное упорство и снова ощущая столь же странное чувство вины. Как избавиться от этого синдрома вечно виноватого?

Прошло примерно полчаса усердного труда, и новых звонков не было, хотя смартфон постоянно вибрировал от входящих сообщений. За это время я установил всего два листа — их приходилось поднимать наверх на шатающийся самодельный стол, сколоченный из обрезков досок, и, балансируя на нем, прилаживать лист на место, придерживать плечом и пытаться насадить хотя бы на два-три самореза. Пару раз я чуть было не упал, нехило так рассадил плечо о занозистый брусок, но меня это не остановило, и еще один участок стены был закрыт, подарив мне новую дозу малой радости.