— В термосе есть кофе, на полу сумка с колой, водой и энергетиками, есть литровая бутылка водки чисто на всякий — не подумайте, я никого не спаиваю, все чисто по желанию. Просто времена такие вот странные… нервные… Курить в салоне можно, разговаривать и материться — тоже. Мы люди нормальные, адекватные, выкрутасов с нашей стороны не будет никаких, едем куда уговорено и ехать тут в принципе не особо долго. В случае чего — надеемся на поддержку.
Сказал я это, кашлянул, смутившись собственной нагловатой простоты, да и ускорился чуток на подъеме. Надвинувшаяся сосновая стена накрыла нас своей тенью, затем и вовсе поглотила, по сторонам потянулись бугристые старые стволы, за которые проглядывались какие-то спортивные площадки и вроде как даже теннисный корт. Одновременно с приходом лесного сумрака мужчина расслабился, бережно передал спящего у него на руках пацана подруге или жене, отсел чуть в сторону — я наблюдал в зеркало заднего вида — вытащил смятую пачку сигарет, закурил и кивнул:
— Спасибо что приехали. И спасибо что вы нормальные.
— Ну это еще не факт — хохотнул Игнат из своей клетки и потряс пальцами дребезжащую сетку — Видишь какие мы дикие…
— Смешно — пассажирка первый раз нарушила молчание и у нее оказался чуть хрипловатый приятный голос.
Этих первых минут хватило, чтобы их рассмотреть. Обоим около тридцати, может чуть меньше или больше. Одеты по-походному, причем одеты качественно и почти одинаково — зеленые футболки, штаны с множеством карманов, бейсболки, на рюкзаках висят оливкового цвета плотные куртки, на поясах у них кобуры с пистолетами, у мужчины ножны с большим ножом. Он небрит, но при этом щетине максимум несколько дней — я куда хуже оброс. У нее волосы убраны в хвост, никакого макияжа, нет серег в ушах, но даже так она выглядит вполне красивой.
Я миновал отброшенный прочь шлагбаум, снова выехал на солнечный свет и одновременно с этим Игнат спросил из своего железного кокона:
— Можно пару вопросов задать? Не личных. Я про тот поселок…
— Пожары? — парень сразу понял, о чем речь.
— Ага. В курсе вообще, что там произошло?
— Да в курсе… Семеныч нас неплохо просветил прежде, чем мы его закопали…
Машина вильнула. Вернув Форд к середине грунтовки, я бросил быстрый взгляд в зеркало и снова сосредоточился на дороге, поняв, что хоть и правильно все услышал, но вряд ли речь об убийстве этого самого Семеныча.
— А можно подробней? И здравствуйте, кстати — это дал о себе знать повернувшийся в кресле Михаил — Я Михаил.
— Да без проблем — произнес парень — Я Ник. Жену зовут Ариадна. Сына Николо.