«А может, и было, но по-другому, — прокаркал Мрак. — Господин, я попытаюсь вздремнуть. Слишком много сил потратил, забивая этот ненавистный гвоздь!»

— Много в твоей истории, — неожиданно подал голос Варлам Дмитриевич. — Кажется мне недосказанным. Я бы даже сказал, ты — некое чудо, — он позволил себе легкую улыбку. — Ладно, что там у нас с признаниями?

Ястреб тут же ожил. Вернулся к макулатуре на столе и начал складывать все свои признания в одну стопку. На каждом листе был кровавый оттиск силы. Печать, которая была официальным подтверждением того, что все написанное здесь — написано добровольно. Его никто не заставлял признаться.

Такими печатями промышляли городовые. Давным-давно.

Через пару минут Варлам Дмитриевич окончательно расслабился. Поинтересовался у Вани, а будут ли нас сегодня кормить и поить, а затем уж, за чашкой крепкого чая, мы начали обсуждать наши общие дела.

Мне удалось получить союзника.

— Если все эти признания отдать князю Владимирскому, — жуя ватрушку, твердил дворянин, — это будет скандалом. Очень масштабным!

— Общественность не примет того, что власть недосмотрела? — предположил я. — Люди взбунтуются?

— Это точно станет костью в горле, — задумчиво ответил Серебров. — Попахивает массовыми столкновениями или, не дай князь, бунтом. Никто точно не знает, как отреагирует население, когда поймет, что их власть никак не защищает.

— Подобные случаи уже были?

— Прямо такие же, — протянул Серебров. — Наверное, нет. По крайней мере на ум ничего не приходит. Но было нечто другое. В княжестве Мурманском была неприятная ситуация с князем Сметаниным. Он закрывал глаза на то, что городовые грабят честных людей. Чиновники молчали, получая свою копейку, дворяне молча проглатывали обиду, опасаясь гнева князя. И когда все это вскрылось, его быстро сместили с трона.

— Тогда вы должны первыми сообщить обо всех этих вещах князю, — я оттопырил пальчик в непонятном «машинальном» жесте тела и отпил из чашки. — Чем раньше, тем лучше. Ведь вся эта преступная сеть может всплыть в любой момент, и если вся информация утечет к населению, будет то же самое, что и с княжеством Мурманским.

— Вы⁈ — зацепился за слово Варлам. — Почему это вы? Почему не мы?

— Эх, — я поставил чашку, завел руку за голову и почесал затылок. — Вас, как высших дворян, это дело озолотит. Ваша семья поднимет свой статус, выступив в роли разоблачителей.

— Но это же ты все вскрыл! — не унимался Варлам Дмитриевич. — Мне, как и моему роду, — он стукнул кулаком по столу, показывая серьезность своих слов, — не нужны чужие заслуги! Я могу сопроводить тебя к князю, добиться встречи, но твои заслуги мне не нужны! Так в моем роду не поступают!