И он был прав. Шесть дней велитов и стрелков в полном грузу гоняли по окрестностям с утра до вечера. Про себя, конечно, матерились, но никто не отказался от тренировок. Каждый мечтал за несколько дней стать в несколько раз богаче.
В поход отправились рано утром. У всех членов экипажа были счастливые лица. Предполагаю, что больше радовались не будущей добыче, а тому, что избавились от изнурительных тренировок.
4
46
Ночь придумали для южных стран, чтобы была возможность отдохнуть от жары. Впрочем, первая половина ночи тоже не самое приятное время летом, зато к утру становится свежо и прохладно. Шагать становится не так утомительно.
Наш отряд численностью около тысячи человек идет по проселочной дороге вглубь африканского материка. От берега нас отделяют километров двадцать. Точное расстояние до цели мы не знаем, но пленный говорил, что выходил рано утром из своего поселения и еще до полудня, до самой жары, добирался до берега моря немного западнее того места, где мы высадились. То есть шел он часов пять. Мужик худой и жилистый, значит, делал километров по шесть в час. Нам идти километра на три меньше. Следовательно, через час-полтора выйдем к цели. Если не заблудились. Шагаем ведь при лунном свете и дважды попадали на развилки. Впрочем, нас устроит и любое другое поселение, было бы большим и богатым. На этот раз ночная прогулка не слишком испугала солдат и матросов. Может, из-за того, что идут по земле; может, уже привычку наработали; может, что скорее, жадность победила страх. Жадность — она такая, что угодно победит!
Уже начинало светать, когда я заметил велита из передового дозора, который налегке бежал ко мне. Если бы была опасность, со щитом не расстался бы.
— Впереди большая деревня! — радостно доложил он.
Я останавливаю колонну и сзываю центурионов на совещание. Последним приходит Фест Икций, который командует арьергардом. От него несет потом, как от загнанного коня, но не подает виду, что устал. Фест Икций обменивается тычками с другим центурионом, своим бывшим сослуживцем, после чего сморкается, зажав большим пальцем левой руки левую ноздрю. Всё, теперь он готов и посовещаться.
План нападения был обсужден и согласован еще на берегу моря, но на всякий случай напоминаю:
— Я повел отряд в обход, а вы рассредоточивайтесь и ждите мой сигнал. Если вас заметят, атакуйте.
Центурионы молча кивают. Они уверены, что в боевых действиях на суше имеют больше опыта и сами знают, что и как делать. Я не решаюсь доказать им обратное, пусть остаются несведущими: во многие незнания многия радости.