— Хех, в этом ваша троица очень похожа.

— У меня точно не большое сердце…

— Ты себя в зеркало видел, зайчонок? Так убиваться по человеку, которого знаешь всего полгода… Этот хитрый пушистый манипулятор нагло свалил всю вину на своего хозяина и сбежал. Плачется теперь в юбку своей бывшей жене. А ты себе места не находишь. Отвратительно! Знаешь, я даже не страдала так по своему старому ублюдку хозяину. Хотя была предана ему.

— До сих пор обижаешься, что я убил Кешу?

— Честно — нет… Однако, это был первый серьёзный звоночек. Я очень удивилась, что Федя пошёл на такое. Убить родного дядю… Да ещё и таким жутким способом… Я тогда сразу всё поняла! Вернее, начала догадываться. Потом ты с лёгкостью меня завалил во время боя. Думаешь, я поверю, что наша сыночка-корзиночка вот так за пару месяцев выучит приёмы боевой самообороны? Нет, конечно. Тогда в бою я встретилась с типичным солдатом. Ты не парнишка из дворянского рода… У тебя всё очень сдержано и максимально дисциплинировано. Но это ещё ладно… Самым серьёзным твоим проколом стали девочки.

— А что с ними не так?

— Ты восемнадцатилетний парень. У тебя гормоны должны кипеть! А ты всё шуры-муры с одной лишь Гризли водишь. Голубика же тебя уже и так, и сяк. А хвостатая охотница? А барашка? Они с ума по тебе сходят. Но ты сохраняешь дистанцию. Специально стараешься поддерживать дружеские отношения.

— Вообще-то, ты сама ни раз намекала.

— Я-то знала, что ты не Фёдор. Мне можно! Я старая разочарованная в людях женщина. Дайте хоть с инопланетянином позажигать!

— Называй меня Ультимат. Если не сложно.

— Да, как угодно. Но знаешь, что самое забавное? Ты даже визуально сильно поменялся. Стал гораздо мужественнее. Федя же… он был у нас мальчик ласковый. Он не из тех, кто лезет в драку. Девочки его обожали за мягкий характер и доброту. А тут появился жуткий, пугающий, холодный и до безобразия давящий всех своим авторитетом мужик. Но в теле восемнадцатилетнего мальчика. Честно, мне было жутко, когда ты выступал на совещаниях. Присутствовал эффект Зловещей долины… Что что-то тут не так. Понимаешь?

— Примерно. Думаешь, они простят меня?

— За что? — удивилась Ириска.

— За враньё.

— Ну… Гризли явно станет только легче. Как и мне. Знаешь… очень тяжело признаться самой себе, что сохнешь по восемнадцатилетнему мальчику, будучи взрослой мадам. Как бы, Гризли-то ещё ладно. Она старше тебя всего на десять лет. А ты представь, каково было мне? Это же ужас! Я стеснялась самой себя! Господин Глэйтрон, вы заставили двухсотлетнюю бабулю смущаться и страдать.