— Да хоть всё выпей. В Москву я его точно не повезу.

Лиза хихикнул. Она уже была слегка подшофе.

— Как настроение? — спросил я.

— По-разному, — пожала плечами Лиза. — Иногда, как будто, забываешься за всеми этими делами, а потом опять вспоминаешь, и сразу становится грустно-грустно. Может быть, вино позволит совсем забыться?

— Лишь временно.

— Хотя бы так.

Заметив, что я открыл очередной семейный фотоальбом, Лиза подошла ко мне и, облокотившись на стол, стала рассматривать снимки. Её лицо оказалось совсем близко.

— Мне нравятся старые фотографии. Помнишь, мы рассматривали их всей семьёй?

— Разумеется, — ответил я, напрягая голову, чтобы из мутной пелены воспоминаний вычленить детали. Ничего не получалось.

— О, вот вы с братом. А это мы все вместе. А это где вы? — спросила она, ткнув пальчиком в фотографию, на которой было запечатлено семейство Дубровских на морском побережье.

— Крым, кажется.

— Да-да, вы туда ездили, помню. Тебе там понравилось?

— Да, нормально. Море, горы…

— А я на юге никогда не была. Может быть, стоит съездить? Поедем, когда у тебя будут летние каникулы? Мне ужасно хочется попутешествовать.

— До них дожить надо, — усмехнулся я.

— У тебя опять какие-то мрачные мысли.

— Реалистичные.

Мы продолжили рассматривать альбом. Я то и дело бросал взгляд на Лизу. Её нежный овал лица, чувственные губы и бархатистая кожа так и манили. Эта близость меня заводила. Я задолбался постоянно сдерживаться. В конце концов, даже если у нас что-то произойдёт, кому какое дело?

Я легонько провёл рукой по щеке Лизы, но та как будто не заметила этого. Затем коснулся своими губами её губ.

— Ой, ты что делаешь, — Лиза заулыбалась и захлопала своими длинными ресницами.

— Просто захотелось тебя поцеловать. Сложно удержаться, когда ты так близко.

На лице Лизы расплылся румянец, но она не ушла.

— Можно ещё раз? — спросил я.

— Да, — кивнула девушка.

На это раз поцелуй получился долгий.

— Где ты так научился целоваться? Ещё, — сказала она, когда я остановился.

Лиза села мне на колени, и мы продолжили. Мои руки стиснули талию девушки и стали подниматься к груди. Лиза обняла меня за шею и расслабилась, полностью отдавшись моей воле.

Я подхватил её на руки, и мы переместились на диван, где прелюдия перетекла в жаркое соитие.

Утром за завтраком Лиза то и дело кидала на меня игривые взгляды, как бы спрашивая: «Помнишь, что у нас было ночью? Это было просто великолепно. Знаешь, я не прочь повторить». Что-то подобное она мне сказала вчера, а сегодня это же читалось в её глазах. Я надеялся, что немного плотских утех отвлекут девушку от тоски по покойному мужу. Его уже не вернуть, а дальше жить как-то надо.