— Надеюсь, что вы готовы ко встрече с настоящим демоном? — ухмыльнулся я, отвлекая его от столь интересного зрелища.

— Я тоже, — сурово отвечает он, начиная копаться в своём рюкзаке.

Ладно, врываться в тот десятиметровый круг пламени, в котором скрылся сатир, мне совершенно не хочется. Глянем потом, кого он из ада вытянет, а пока разберемся с остальными монстрами.

Обе мои руки напоминают удлиненные когти гарпий, разве что они зеленые, куда более крепкие и острые.

Прыжок! Отталкиваюсь ногами от дерева, меняя направление и пикируя прямо на голову злыдня, оставшегося без щита.

Когти вонзаются ему в плечи, дробят ключицу и достают до сердца…

Да, как бы мне не противно опять жрать эти сердца, но придется, уж слишком много энергии потребуется на то, чтобы восстановить её целостность.

Отхожу от упавшей туши с разворошенной грудиной и осматриваюсь, пытаясь определить, где спрятался леший и куда делся второй злыдень.

Ага, вот и он…

Расправиться с ним не составило большого труда, раз уж я опять полон сил и энергии. Ауру лешего ощутил в нескольких километрах, и она удалялась отсюда с бешеной скоростью. Ладно, догонять не буду, раз он свалил с поля боя, значит автоматически признается проигравшим.

Остался оборотень, полумертвые друиды и клятый сатир, который все ещё не показывается из-за пламени, что очень плохо. Чем дольше он там остается, тем более сильную тварь он вытягивает из ада, пытаясь протянуть её через то доступное ему узкое горлышко.

Друидов можно было и не трогать, сами минут через пять помрут. Откуда эти звери брали энергию для преобразований? Правильно, из друидов. А они не успели закрыть свои раны, так что они высушены целиком и полностью. Да, сердца их бьются, кровь течет по венам, видимых нарушений нет, но их ауру ничего не сдерживает от распада, так что она неспешно разваливается на части.

Около них вижу и оборотня, который с чего-то вернулся в форму человека и даже не пытается подняться, когда я оказываюсь рядом.

— И стоило оно того? — спрашиваю я, усаживаясь неподалеку, устремляя свой взгляд на бушующее поля огня, из которого все ещё никто не выходит.

— Я не знаю, что ты такое, но ты сам себе сегодня подписал смертный приговор, пусть и победив в этом бою… — горестно усмехается он.

— Подожди секунду, с друидами разберусь до конца, — скривился я, ощущая исходящие от их фигур эманации магии.

Вздумали облегчить своё посмертие, отдавая тела природе? Считаете, что ваша Мать Земля после подобного забудет про эту небольшую рану на своем теле, что появилась из-за такого надругательства над своими созданиями? Вроде они в такое верят. Я считаю это полным бредом, но кто я такой, чтобы рассуждать о вере?