Вот только я их всё равно услышал, но не в свою сторону. Вокруг массивных дверей образовалась пробка. Мишка тут же растолкал зевак, давая мне пройти вперёд.
— Что тут случилось?
Первое, что попалось на глаза, это зарёванное лицо сестры. Она сжимала левую руку, на которой уже проступил синяк. Я, конечно, желал ей всех благ, но сегодня она отправилась в город под МОЮ ответственность. Что бы там ни думал её крохотный умишко.
Рядом стояло трое дворян лет восемнадцати, один из них уже лапал грудь служанки Зои, а второй пытался вывести Анну подальше отсюда. Явно не для разговоров о моде. Девушка держала в воздухе перед собой налившийся маной огненный шар и не подпускала к себе.
— Мишка, дай-ка мне свой ботинок.
Детина, не задавая лишних вопросов, снял штиблет, и я, ни секунды не думая, запустил его в голову великовозрастного засранца. Кто-то хихикнул, другие зашептались, одна старушка и вовсе прижала руку ко рту — все ожидали, что будет дальше. А я словно услышал свой голос откуда-то издалека.
— Представьтесь.
— Ах ты, урод, — потерев ушибленный затылок, выругался пухловатый зачинщик. — Шеин Ярослав, — прорычал аристократ, понимая, что последует в ответ.
— Вы оскорбили честь моей сестры и моего рода. Я, Барятинский Артём, вызываю вас на дуэль.
Глава 8 Первая дуэль
Вроде как церемониал такой? Признаться, я больше озадачился: правильно ли я произнёс фразу, чем над тем, что делать дальше. Мой противник — набычившийся от собственной важности аристократ. Видимо, некуда девать приток магических сил. По молодости они тут все такие — только почувствуют власть, как начинают щупать границы дозволенного.
Парнишке как раз требовался урок жизни.
— Ха, вы слышали? Да это же тот самый идиот Барятинских. Ты чего, блаженный? Какая тебе дуэль, иди, пока цел!
— Артём, что ты делаешь? — взвизгнула Аня. — Иди домой. Семён, забери его, он же покалечится.
— Да, Семён, и слюнявчик ему поменяй, ах-ах-ах, — взорвался гоготом Ярослав и его два прихлебателя.
Я жестом показал старику не лезть не в своё дело и тот осёкся, вытерев платком вспотевший лоб. Ситуация принимала дурной оборот.
— Семён! — рыкнула сестра, но, видя, что гувернёр прячет от неё взгляд, перекинулась на охранника. — Мишка, бери его в охапку, и уходите немедленно. Я приказываю.
Детина почесал голову и опустил было массивную руку мне на плечо.
— Мишка, что тебе велел мой отец? — тихо задал я ему вопрос.
— Ну как же это…
— Он приказал тебе слушать барыню или меня?
— Вас, Артём Борисович.
— Ну, так стой и не мешайся, — шикнул я, смахнув с себя медвежью кисть, и вышел вперёд. — Дуэль с господином Пухлые Щёчки!