Из-за этого я готов был выплюнуть собственные лёгкие. Так они горели, а сердце безжалостно разрывало грудь, но я не сдавался. Главное — начать, а с дисциплиной у меня прочный союз.
«Выше нос».
Настал тот самый воскресный выездной день. Я уже собрался и вместе с Семёном и Мишкой-Шатуном и выходил из семейного поместья. Отец, кажется, уже не был так уверен в своём решении оградить меня от опасностей. Видно было, что он борется между любовью к сыну и долгом «настоящего» родителя, который внушила ему хитрая жена. Моральная дилемма подтачивала его изнутри.
Никогда не видел его таким уставшим. Он отдал мне кошелёк с деньгами и погладил по голове, как маленького и будто в последний раз.
«Чёрт», — в этот момент яички неплохо так сжались, но я отыграл свою роль до последнего.
Ведьма. Вот по-другому Ольгу не назовёшь. Надо было срочно как-то выкручиваться — я конкретно попал. Но недаром говорят, что удача на стороне сильных, и в этот день она мне улыбнулась.
У входа в дом стоял человек, одетый в фиолетовый пиджак и жилетку. За спиной у него висел лёгкий походный рюкзак, а сам он держался с достоинством князя, не меньше.
— Госпожа Барятинская, я Феликс Д’Арманьяк — легендарный целитель, обошедший весь мир в поисках редких трав. Я потратил на это десять лет жизни! — веснушчатый рыжий парень элегантно поклонился Ольге Дмитриевне и поставил свой саквояж на землю.
Щёлкнули металлические застёжки, и взору открылся диковинный набор из пучков трав, пробирок с зельями, мазями и эликсирами. Всё это добро выглядело как шарлатанская ересь, но, надо признать, производило нужный эффект — так и хотелось протянуть руку и откупорить пробки.
— Моё долгое странствие подошло к концу и я нашёл, что искал. Вот, — он с гордостью взял в руку пузатую колбу, в которой плескалась жидкость медового оттенка. — Эликсир, исцеляющий все болезни!
«Ах, ты мой родной, — я готов был его расцеловать. — Иди сюда!»
— Барин… Артём Борисович, вы куда? — дёрнулся Семён. — Это ж Гришка Чепухарь, мошенник и вор! Нет, стойте! НЕ ПЕЙТЕ!
Глава 10 Феликс Д’Арманьяк
Что это была за бормотуха, одному чёрту известно. Меня скрутило похлеще любого припадочного. Слава всем богам, в этот день я ещё не успел потратить ману. Кровь пошла ртом. Вызвали Аничкова, тот долго матерился и что-то кричал. В итоге прибежала охрана и отметелила этого Д’Арманьяка до состояния мяса, а затем бросили в погреб.
Всё поместье подняли на уши. Временами я выныривал, что называется, «на поверхность», нёс бессвязный бред и снова вырубался. Два дня провалялся в критическом состоянии, прогоняя ману по всему телу, чтобы очиститься. На третий опасность миновала.