— А бригада это сколько?
— Много! Не знаю… Какая нам разница? Главное, что основные силы туда к вам уже перебросили, подготовили к нужным действиям и армия идёт.
— Тут их не видно и не слышно, а Трамп ваш уже три дня заверял всех, что победа достигнута, осталось только поймать мелкие банды и посадить их в тюрьмы.
— Такого выбрали… Бизнесмен, поэтому правду говорить просто не умеет. А мужик тот, что делает, и какой он? Симпатичный? Сфоткай его.
— Как? Переснять с монитора, так качество будет отстойное. И так в сумерках едва видно.
— Да хоть любое, мне дозвонился журналист из Би-би-си. Предложил за любой снимок, где видно что-то новое, по сто тысяч долларов. Ты не думай, я всё тебе отдам.
— Ух ты! Сейчас, погоди, чёрт, телефон зарядить забыла, но на пару снимков должно хватить.
— Ты снимай и говори, что видишь, за комментарий лично от великой Франсин тоже бешеные деньги предлагают. Ты из моего дома выйдешь миллионершей, а я могу нищей стать. Страховые компании могут и разориться. Столько за эти дни всякого плохого случилось в моём родном городе…
— Ладно, не грусти, я же поделюсь… Мы же подруги и ты мне очень помогла. Да и снимаю я всё через твою собственность. Камеры наблюдения, компьютер, генератор, без этого я бы не выжила, а это имущество твоей семьи.
— Извини, я всё о деньгах, а ты там одна одинёшенька среди самого жуткого в мировой истории кошмара. Так что за парень?
— Видно плохо. Высокий, но не качок. Странный…
— Почему? Много высоких и неспортивных…
— Я не о том… Этот спокойный. Как тебе объяснить?.. В кино, когда герой среди врагов, когда вокруг смерть, он всегда напряжённый, озирается, пригибается, чтобы не заметили. Тише травы, ниже воды… А этот как танк в муравейнике. Вообще ничего не боится. Сейчас я тебе фотки вышлю. Получила?
— Да…. В самом деле фиговые. Видно еле-еле.
— Так эта камера далеко, да и досталось ей. Как думаешь? Открыть ему?
— С ума сошла? Если он не в форме и один, то может быть враг. Почему бы он таким спокойным был среди всего того, что ты на видео сняла? А куда он сейчас смотрит? Может выбирает, что там от нашего имущества ценного осталось. Боюсь, что это опять вор. Пристрелить бы гада.
— Нет. Он больше вверх смотрит и на стены. Ой…
— Что? Ещё кто-то пришёл?
— Нет. Теперь он прямо на меня смотрит. В глаза!!!
— Глупая, не волнуйся это он посмотрел прямо в камеру. Не бойся!
— А я боюсь! Вдруг он пришёл, чтобы меня найти? Уже нашёл! Сейчас дверь ломать будет.
— А ты её хорошо закрыла?
— Ой! Не помню. Побегу, проверю…
Франсин опрометью бросилась к дверям, но через пару минут вернулась.