Убранство в ложе не поражало воображение, и на взыскательный вкус какого-нибудь аристократа могло показаться бедным. Три легких плетеных кресла, да низкий столик. Но именно последний сразу же привлек мое внимание. Ланилла не обманула, а повар почтенного Загима не поскупился на закуски. Турнир — мероприятие довольно длинное. В перерывах между схватками рыцарей, зрителей развлекают циркачи и артисты. Да и сами схватки могут идти довольно долго. Это мне повезло — разделал своего противника почти мгновенно.

— Гарн! Присаживайся, — помахала мне рукой Ланилла. — Угощайся. Видела твой бой. Поздравляю. Как «Егерь»? Неплохо ведь получилось, да? Скажи, неплохо. Ход стал мягче, улучшился разгон, выросла маневренность. Будь он боевой машиной, можно было бы придумать что-нибудь, насчет наращивания брони. И что ты молчишь?

— Жду, когда ты выговоришься, — отозвался я, плотоядно изучая представленные закуски.

Каюсь, есть у меня слабость — люблю хорошую кухню. Да и поесть люблю, что скрывать. Все равно в рыцарях все сгорает, словно в печи. Не зря же им положен полуторный офицерский паек.

— Просто признай, что я была права и ничего в «Егере» не испортила, — обиженно нахохлилась Ланилла, словно попавший под дождь воробей.

Как играет, почти верю.

— Права, не испортила, — кивнул я, перехватив одну из тарелочек с закусками. — Но в следующий раз предупреждай меня заранее… желательно в письменной форме.

Ланилла гений, во всем, что касается рун и техники. Но гениям свойственна толика определенного безумия. Увлекшись, она забывает о времени и прочих мелких, с ее точки зрения незначительных, но на самом деле определяющих факторах.

С «Егерем» ей повезло — успела в срок. В силу опыта прошлой жизни, я достаточно быстро привык к обновленной машине. Но везение — это не тот фундамент, на котором нужно строить здание.

— И как тебе «Егерь»? — вновь повторила вопрос Ланилла, явно ожидая похвалы своей работе. Хотя, насчет «своей» — многочисленные работники мануфакторума, привлеченные к восстановлению машины могли бы поспорить с этим утверждением.

— Все как ты обещала ход мягче, набор скорости лучше, — не стал разочаровывать я девушку. — Маневренность…. Сложно сказать. По-моему, осталась на том же отличном уровне, что и раньше. Если оруженосцы выделки мануфакторума твоего отца будут не хуже и не слишком дороги, то это будет полный успех.

— Конечно, будет! — горячо заверила Ланилла, мечтательно зажмурившись. — К ним ведь я тоже приложила свои гениальные руки.

— Твои гениальные руки когда-нибудь найдут приключений на твою озорную задницу, — вздохнул я. — А слово скромность тебе просто неведомо.