А ведь я его знаю! Вернее видел! Именно он присутствовал на похоронах мастера-наставника Прарна Омра, распугивая мундиры своим гражданским костюмом. Настолько нелепая маскировка только привлекала к себе внимание, так что я сразу причислил его к числу охранителей. И оказался прав!

Или в этом и был его замысел? Он ждал, что убийца обязательно заявится на похороны? Что же, тогда он оказался частично прав — я там был. Но не по своей воле, а на добровольно-принудительной основе, отправленный приказом ректора в группе прочих «скорбящих» пажей.

Проблема в том, что в охранку вызвали только меня…

— Проходите, садитесь, — предложил следователь.

Хотелось съязвить, что сесть я всегда успею. Но сдержался. Прошел, присел на стул.

— Ласс Вельк, — начал Шохал строгим тоном, словно не следователь, а судья, зачитывающий приговор, — вы понимаете причины, по которым вы находитесь в этих стенах.

Именно его строгий, обвиняющий тон подтвердил мои подозрения. Возможно, ласс Шохал хороший следователь — на меня же он как-то вышел — но актер из него никудышный. Будь у охранителей доказательства, меня бы арестовали или хотя бы вызвали на допрос. А сейчас, несмотря на грозные лица и слова, меня просто пригласили на беседу. Так что это не более чем спектакль в надежде на то, что я запаникую и как-то себя выдам. А может и вовсе упаду на колени и начну раскаиваться, только и успевай записывать.

— Честно говоря, нет. И хотелось бы прояснить, я арестован? — Следует сразу расставить акценты.

Младший следователь помедлил. Отвечать ему не хотелось. Ответ разрушал всю мизансцену, выводя на чистую воду его убогую игру. Но скрывать правду он не мог. Времена нынче не те, что прежде. Все обзавелись какими-то там правами. А я еще и дворянин, хоть и весьма условный.

— Ну что вы, я всего лишь пригласил вас на беседу. Так сказать, прояснить некоторые вопросы. Я думал мои подчиненные вам все объяснили? — он скупо улыбнулся. И куда только пропал обвиняющий апломб? Строгость?

— Не объяснили, — вставил я.

— Вот бездельники! Я их обязательно накажу, будьте уверены!

Как играет! Почти верю. Роль строгого судьи не для него… в отличие от роли шута.

— Не стоит, — милостиво разрешил я, отлично понимая, что никакого наказания не будет. А мое мнение интересует младшего следователя меньше всего.

— Так значит, вы не понимаете, почему я вас пригласил? — без былого напора вернулся к предыдущему вопросу Шохал, суетливо переложив несколько толстых папок.

А ведь он немногим моложе меня. Не теперешнего, а того — старого. Лет двадцать пять, двадцать семь. Не больше. Очередной молодой карьерист? Или въедливый и умный мастер своего дела?