— Ты, Диман, не одинок в своей нелюбви. Мне он чего-то тоже вообще не алё. — Макс толкнул меня плечом. — Лех, твоё мнение какое?

Мы сидели с ним за своей партой. Строганов и Дима Ермаков, развернулись к нам передом, заняв стол впереди. Из-за моей спины торчали физиономии еще двоих одноклассников, Славика Лебедева и Толика Демидова.

— А⁈– Переспросил я Макса. — Извини прослушал.

— Ты что думаешь, Лёх? Слушай, у тебя башка точно нормально? А то со вчерашнего дня немного странный. — Выдал Макс, уставившись на меня с ожиданием.

Я неопределённо пожал плечами. Мол, да пофигу.

Потому что думал не о само́м Ромове, а о том, как бы избежать всего, что последует. В запасе у меня несколько месяцев, пока вражда еще не превратится в открытую войну. Потом уже точно ничего не изменишь.

— Думаю, надо просто плюнуть на новенького и все. Пусть вон, с девчонками дружит. — Высказался я.

Кстати, можно попробовать этот вариант. Тупо игнорить Никиту и не вступать с ним ни в какое общение. Кроме необходимого, конечно.

— Петров, ты ли это? — Диман отстранился, уставившись на меня с удивлением. — Леха, которого я знаю должен уже придумать сто вариантов, как нам проучить этого Ромова. Показать ему, что в 7″Б" все равны. А он вообще только пришёл. И по фигу, кто у него отец. Инженер, врач, дворник. Да хоть член политбюро!

— Вот-вот. — Тут же поддакнул Серега. — Петров, ты же у нас гений, ты рожден, чтоб творить всякие делишки.

— Да ладно. — Я отмахнулся. — Потом подумаем.

Пацаны тихонько принялись обсуждать между собой возможные варианты будущих подстав для новенького, а я молча наблюдал за объектом их нелюбви со стороны.

Вернее, не то, чтоб прямо за ним. Просто смотрел и думал. Пока я вижу три пути. Первый — игнорить, второй — подружиться, третий — довести Ромова до того, чтоб он сам сбежал из нашей школы. Но это уж совсем крайний случай. Хотя, он меня устроил бы гораздо больше остальных.

Пожалуй, надо начать с самого неприятного, но в то же время самого безболезненного. Попробовать подружиться.

— Гляньте на Кашечкина. — Засмеялся вдруг Толик Демидов. — Он сейчас заплачет.

Я отвлёкся от своих мыслей и посмотрел на ту парту, за которой с суровым, но очень обиженным лицом в гордом одиночестве сидел Антон.

— Ясное дело, все девки на новенького перескочили. Конечно, заплачет. — Усмехнулся Макс.

В этот момент предмет нашего разговора, имею в виду не Кашечкин, а Никита, вдруг резко встал и направился к Деевой, которая вообще не смотрела в его сторону. Рыкова, как и остальные девчонки, сразу же замолчала. Там как раз начиналась очередная история, правда теперь в исполнении другой одноклассницы, и вдруг такой поворот.