— Погоди, сейчас будет самое важное. — Ответил Дядя Лёня, игнорируя знаки. Стало понятно, что своими ногами нам не уйти. Хоть бы уползти получилось.
— Эх, Иван! Сейчас я тебя так пропарю, ни одного микроба в организме не останется. Ни одной хвори. — Сообщил Дядя Леня и жестом фокусника выхватил веник.
— Вот так, Иван! Вот так! И вертели мы их Европу на энтом месте! — Покрикивал сантехник при каждом ударе веником.
— Всё, Леня! Хорош! Никто нигде уже не вертится, только не надо больше вот этого! — Попытался соскочить с полки дядь Ваня. Но получалось у него это с трудом.
В общем, из парной мы вырвались, но успели сказать Дяде Лёне, что полностью, на сто процентов прониклись банным духом.
Почему я так подробно вспомнил, кто такой Дядя Лёня? Потому что в тот момент, когда на футбольном поле он случайно оказался рядом с нами, события свернули в неожиданный сторону.
Я сам становлюсь обладателем репутации, но не в самом хорошем смысле
— Нук, ребятня, что у вас там произошло? — Спросил Дядя Лёня деловым тоном и переместился ближе к нам.
Одновременно с ним часть «ребятни» тоже переместилась, но в обратную сторону, подальше от Дяди Лёни. А некоторые вообще вспомнили, что дома дела не деланы, уроки не учены, полы не мыты и вообще, они исключительно «за» по всем предложениям Ермака, но им срочно надо бежать.
Просто Дядю Лёню побаивались и в принципе, можно сказать, не зря. Репутацию сантехник имел крепкую, основательную.
В итоге буквально через пять минут на футбольном поле остались самые стойкие и смелые. Я, Макс, Строганов Серега, Толик Демидов и, само собой, Диман Ермаков. Он бы, может, тоже вспомнил про дела, но ему не позволила пионерская совесть и чувство коллективизма. Всё-таки Диман был главным вдохновителем заговора против новенького.
— День становится интересным, — Засмеялся Макс, даже не предполагая, насколько он близок к истине, и потер ладони. — Сейчас услышим много полезного. Дядь Лёня знает толк в подпольной войне.
С Максом мы дружили с детства, и он всегда был таким, любителем приключений. Одной ногой еще дома, а второй уже стоит на дви́же. Если можно что-нибудь где-нибудь натворить, мой товарищ обязательно будет там. Мы с ним любой кипиш чувствовали спинными позвонками, как и момент, когда можно оказаться в центре событий. На этой почве, честно говоря, и сдружились.
До этого он учился в школе, которая тоже находилась в нашем районе, но чуть дальше. Прошлой весной загорелся мыслью перейти в мой класс и перешел.
Сначала, правда, удолбал этой идеей родителей, потому что сменить школу было не так уж просто. Детей распределяли по учебным заведениям, учитывая адреса. Однако, Макс оказался слишком настырным. Сначала «достал» отца, потом его отец, поняв, что покоя ему не вида́ть, «достал» нашу директрису. В итоге сошлись на том, что дядь Ваня отремонтировал мужу директрисы старенький «Москвич», и она пошла навстречу огромному желанию Макса учиться со мной в одном классе. Тем более, жили мы рядом, поэтому практически всех моих одноклассников он знал прекрасно, а со многими даже гулял а одной компании.